Дернув Айка за руку, заставил его встать.
— Мы сейчас пойдем в общий зал и все узнаем, да, Айки? — совсем как с мальчиком, отказывающимся идти к госпоже, заговорил Гейн.
В глазах Айкейнури появилась жизнь и он, впереди всех, быстро зашагал по коридору. Двое других еле успевали за ним, надеясь только на то, что Шайн уже встал и не даст своего зайца в обиду.
* * *Айк пролетел по залу быстрой ХЗКаНкой, влетел в комнату к Шайну и, не глядя на хозяина, просто материализовался перед Нэйем. Уже приготовившись устроить скандал и драку. Но, увидев состояние Рыжика, выдохнул и изумленно спросил:
— Что она с тобой делала?!
— Тебя это не касается, Айки, — медленно проговорил парень. Складывалось такое ощущение, что он все еще был не с ними, что как потерялся вчера где-то, так до сих пор еще не нашелся.
— Меня это очень даже касается! — снова начал злиться Айкейнури."
"— Я же никогда не распрашивал подробно, как именно с тобой развлекается госпожа, правильно? — Нэй говорил так, как будто это он был старше Айка, причем лет так на пять, точно.
— Тебе это было не важно и неинтересно… А мне это важно! Очень важно, Рыжик! — в голосе Айкейнури зазвучали умоляющие нотки.
— Я не буду рассказывать тебе подробности (глубокий выдох напряженного в течение всего разговора Шайна). Скажу только одно… Я теперь понимаю, почему ты настолько сильно убивался в тот вечер. Просрать из-за собственной дурости такое… Я бы на себя руки наложил, точно!
Тут в дверь засунулась голова очередного малька: ""Госпожа приказала Шайну к ней прийти…""
* * *Целый день, пока Шайн был у госпожи, а Нэй мучал гитару у себя в комнате, Айкейнури пытался себя занять какой-то очень полезной для гарема активной деятельностью. Давно уже он не проявлял себя на общественных работах, но сегодня наверстал упущенное по полной.
Никки постоянно был рядом, и это очень успокаивало, радовало… Создавало иллюзию нужности хоть кому-то в этом мире.
Но под вечер стало совсем погано, и Айк рванул на любимое место, у пальмы. Где его и нашел Гейнийляш, в течение всего дня незаметно присматривающий за парнем.
— Я не буду высовываться! Правда! Я только посмотрю на нее и… — закусив губу и смотря в сторону, Айкейнури понимал, что со стороны выглядит жалким посмещищем, но ему было уже все равно. Удивительно, но Гейн не стал язвить, наоборот, в его глазах промелькнуло что-то похожее на жалость. Состояние поганства внутри усилилось. Если бы сейчас кто-то сказал ему, что если он позволит переспать с собой всему гарему, то его простят, он бы дал даже Тийке… Если бы сказали, что для того, чтобы заслужить прощения госпожи надо будет отрезать себе палец, рубанул бы не задумываясь. Он уже был готов на все.