Новый корабль взмыл на море, но даже вдали от Айрин было чувство одиночества. Водоворот бесконечных волн подчеркивал его тревожное состояние: предчувствие новых испытаний и упреки со стороны остальных членов экипажа за ее необычный стиль общения.
Парни обращаются с ними, как с кисейными континентальными барышнями — любят, охраняют и балуют. С этим уже ничего не поделаешь, тем более Айрин происходящее вообще не напрягает, а саму Кэйт… Что-то она тоже уже привыкла к подобному отношению. И без привычного: ""Все будет хорошо.."", уже плохо засыпается. И, хотя она и металась по подвалу загнанной волчицей, призывая на голову Айкейнури все известные ей громы и молнии, но глубоко-глубоко внутри ей было… Приятно? И слыша, как Гейн с парнями разносит тайник с оружием, она чувствовала себя не Старшей госпожой Дома Маргойлин, а прекрасной принцессой, ради которой отважные рыцари были готовы сражаться с драконами до последнего вздоха. Это было так… Романтично! И вот, теперь, ее отчитывают, за случившееся, как маленькую девочку… Что же теперь делать? Попробовать привести парней в норму? А надо ли им оно? Вот ей и Айрин, нужны ли обычные рабы, или их устраивают как раз именно такие? Инициативные, самостоятельные, смелые, уверенные в себе? Вон Гейн даже ни разу не обернулся, хотя ему, наверное, страшно сейчас, гораздо больше чем вчера, когда в крови играл адреналин. И заступилась за него не она, а подруга, вот за что стыдно. А за свое сидение в подвале — почему-то нет. Обидно, что отнесли туда так… Неромантично.
— У Кьйоса сестра служит в пограничных войсках Космопорта, поэтому у него гораздо больше знаний, чем у меня. И я приняла, рекомендованное в сорок седьмом пункте свода правил для госпожей решение, переложила ответственность на того, кто разбирается в этом лучше меня.
— Дорогая, но там имелись в виду подчиненные тебе женщины! — с искренним восхищением полету новаторской мысли девушки отреагировала Клаусийлия.
— Да, но мои женщины разбираются в защите дома от вооруженных неадекватных людей еще меньше, чем я, — повернулась Кэйт к новой собеседнице.
— Уверена, твоя мать смогла бы дать тебе несколько ценных советов, — подколола Кэйтайриону Первая госпожа Венги, а потом проговорила, обращаясь к Гейну:
— Твоя госпожа, как я понимаю, не имеет к тебе никаких претензий и твоя преданность ей похвальна. Такие как ты, являются подтверждением правильности новых законов о тридцатилетних наложниках, интересно только, почему не каждая госпожа может похвастаться такими самоотверженными рабами. Не откроешь нам тайну? — и женщина приподняла голову Гейна за подбородок, чтобы заглянуть ему в глаза."
"Гейнийляш не знал, что ответить на такой, в сущности простой вопрос.
