– О? Почему это?
– Потому что все женщины в этой тюрьме захотят ""подраться"" с тобой.
Я снова засмеялась:
– А что, это плохо?
На ее лице появилась ухмылочка-отражение моей, и наклонившись она игриво куснула меня за нос.
– Но им придется сначала пройти через меня, а у меня лимит – не больше трех сломанных рук за месяц. Ты ведь не хочешь, чтобы я превысила ограничение?
В неверном отсвете из коридора я видела, что она приподняла бровь, а в глазах ее зажегся дьявольский огонек. Изобразив раздражение, я отстранилась окончательно и с гордым видом застегнула ""молнию"" ее формы до подбородка, слегка коснувшись ее груди после этого:
– Думаю, что нет.
– Хороший ответ.
– Вообще-то я собиралась поздороваться, прежде чем меня похитили,-выпрямившись, я исполнила полупоклон, галантно протянув руку.-Не окажете ли честь отобедать со мной в ""Мусорной свалке""? Слышала, что сегодня там подают таинственное блюдо из мяса, которое даже можно узнать.
– Отлично звучит. Дай мне немного времени на душ, и встретимся у кафетерия, хорошо?
– Хорошо,-привстав на цыпочки, я быстро поцеловала ее, развернулась и выскочила из кладовки прежде, чем она успела отвесить мне шлепок, безнадежно испортивший бы мою форму.
***
Таинственное мясо так и осталось загадкой, но я доела свою порцию, скривившись, когда последний кусок по вкусу напоминавший пыль скользнул в горло. Мы сидели за угловым столиком. Подошла широко улыбающаяся Криттер с каким-то листом бумаги.
– С чего такая радость, Криттер?-спросила я, делая большой глоток противного теплого молока, чтобы протолкнуть мясо внутрь.
– Мое первое слушание по поводу досрочного освобождения уже на следующей неделе. Разве не здорово?
Встав, я обняла подругу и поцеловала ее в щеку.
– Это отличные новости! Ты нервничаешь?
Она пожала плечами, потом кивнула:
– Да, немного.
Улыбаясь, я погладила ее по плечу:
– Ты справишься. Не волнуйся."
"Криттер отсидела пять лет за ""вооруженное нападение"" вкупе с ""незаконным вторжением"". Оружием, фигурировавшим в деле, был кирпич, который она использовала, чтобы разбить стекло во входной двери местного магазинчика, торговавшего выпивкой. Она сделала ошибку, не выбросив кирпич, войдя в темное помещение магазина, и вид ее ""с оружием в руках"" спровоцировал сердечный приступ у старенького владельца магазина, который как раз заканчивал работу. Скорая помощь спасла ее от обвинения в непредумышленном убийстве, а владельца магазинчика-от арфы и белого савана (в смысле, от ""белых тапочек""-прим. переводчика).
Из того, что я слышала, стало известно, что она практически выросла в тюрьме, от уличной девчонки-панка, охочей до драки, до красивой и умной молодой женщины, которая сидела, улыбаясь, напротив меня.