Любопытство, конечно, победило, и, вытянув шею, я немного подглядела, что там происходит в комнатке той, кого я привыкла звать бабушкой Фийей.
А происходило там предсказуемое.
С видом победителя Сапфир вошел в комнату. Правда, ему пришлось пригнуться, поскольку высота дверного проема с его ростом не сочеталась вообще.
Поймала себя на том, что смотрю ему вслед влюбленными глазами и глупо улыбаюсь.
Старуха в кресле выглядела совершенно беспомощной и безобидной, но мы уже знали, насколько видимость обманчива. Стоило Сапфиру оказаться достаточно близко, прямо из ее ладони ударили те самые мерзкие, извивающиеся красновато-черные жилы и… врезались в щит. Он замерцал, осыпав комнату драгоценными бликами. Гадость испачкала ковер.
Яростное шипение и несколько не самых приятных эпитетов в свой адрес Сапфир проигнорировал.
Меня, кажется, назвали неблагодарной девчонкой…
Ленивым движением Арман извлек из кармана уже знакомый всем нам кулон. В комнате будто радуга рассыпалась. Красиво так. Я даже забыла, что она означает, пока любовалась. Когда же наваждение схлынуло, карги в кресле уже не было, а Сапфир возвращался ко мне.
Он тоже немного растерянно кивнул.
— Люблю такие ситуации, — он тронул карман, в котором покоился кулон, — когда не надо марать руки. Не получив чужой жизненной силы, она скоро сдохнет сама. Но я собираюсь до этого доставить ее к законникам.
— Идем, надо вывести твоих родных отсюда, — Сапфир поманил меня куда-то за собой.
— Зачем? — После всех этих магических штучек соображалось со скрипом и хотелось спать.
— Дом поврежден ее силой и тоже разрушается, — словно это являлось чем-то совершенно обычным, сообщил Сапфир, даже не потрудившись повернуться ко мне лицом.
Собственно, он уже спустился.
Для него, может, происходящее и было обыденным, но… где мы теперь будем жить?!
Повернув голову, я со смесью страха и неверия пронаблюдала, как чернеет и разрывается трещиной стена.
Это отрезвило, просто-таки вышвырнуло в реальность.
Я едва кубарем не скатилась по лестнице.
И сама не поняла, каким образом очутилась у двери в комнату брата. Почерневшей и будто шелушащейся двери. Сапфир уже объяснял что-то шатающемуся и держащемуся за голову папе. Решив, что они сами разберутся, я толкнула дверь. В этот раз войти оказалось легко.
— Грайан? — Я потрясла брата за плечо. — Грайан!
Слабому пришлось тяжелее, это логично. Я вообще была не уверена, что он очнется. И когда брат открыл глаза и вполне осознанно посмотрел на меня, вскрикнула и отпрыгнула.
