там, под полотенцем, которое стремилось самоустраниться с помощью встроенных грузоподъёмных механизмов.
Святая Эйри, о чём я думаю!
— Тебе не нужна одежда. Тебе невероятно идёт это сиреневое полотенце, — прочистив горло, сделал комплимент мужчина.
— Эйнар! — зашипела змеёй.
— Оно в стене? — спросил он, изгибаясь в сторону и оценивая масштаб бедствия и тут же, уже зло и напряжённо: — Тебе что–то угрожает?
— Нет, — произнесла, отметив, как сразу расслабились его плечи. — Уже нет, я ведь с тобой.
Хищная улыбка озарила его лицо. Мужчина склонил голову набок и весь его вид так и кричал: «Уверена? Серьёзно? Серена, ты ведь умная девочка»
— Дай мне, пожалуйста, халат, — попросила, не отводя взгляда от любимого боевого мага.
Да и как его отвести? Он прилип! Накрепко! Примагнитился, приклеился, пришился. Не оторвать.
Изумрудный глаз дракона на его плече поблескивал в полумраке спальни и создавалось ощущение, будто он следил за мной и даже рассматривал.
Покрепче прижала к телу свою единственную и, по сути, смехотворную защиту.
Он такой красивый, высокий, сильный, восхитительный. Любимый! Смогу ли я устоять, не нарушить данное Никиасу обещание, если Эйнар не сдержится?
Я точно знала ответ. И он бы не понравился моим родителям. Очень не понравился.
Мы стояли и играли в гляделки. Возбуждённые. Напряжённые. Застывшие, точно отлитые в мраморе. И боялись пошевелиться, осознавая опасность.
С лица Эйнара стекла ухмылочка, он смотрел на меня так, словно готов был съесть вместе с полотенцем и куском стены. Жаркий. Алчный. Плотоядный взгляд. Собственнический.
— Эйнар, я дала слово, — произнесла, втайне мечтая, чтобы он наплевал с высокой колокольни на все устои, правила, этикет и нормы морали.
— Помню. — Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. — Отвлеки меня. Отвлеки.
— Рубашка? — Мужчина встряхнул в очередной раз головой и направился в мою сторону. — Не волнуйся, я лишь освобожу тебя.
— Уверен? — выдохнула испуганно.
С каждым его шагом я чувствовала незримую связь между нами и стремительно соображала, можно ли будет свалить на неё вину за то, что хочу сделать.
Здравый смысл, наконец, вспомнил, для чего он нужен порядочной девушке и зашептал: «Не вздумай, Серена! Не вздумай! Он не сможет тебе отказать, не сможет сопротивляться. И если ты готова ради любви нарушить собственное слово, чего от тебя не ожидал даже я, то Эйнар — нет. И никогда тебе этого не простит. И себе тоже. Серена!»
— Рассказывай, что произошло и почему ты бежала, пробив мою защиту.
— Я ничего не пробивала.
— Да? Странно, но может быть, ведь на тебе мои артефакты.
— Артефакт, — педантично поправила его, прижимаясь к стене ещё плотнее. Мужчина был в двух шагах и я отчётливо уловила запах можжевельника, ещё и оценить успела, до чего он ему подходит.