Только не вылети из Академии за прогулы, — шутливо добавил он.
Ответила ему в той же непринужденной манере. И неожиданно захотелось отблагодарить Марса не просто словами, а действиями. Тогда собрала волю в кулак и выпалила:
— Если мой дар может пригодиться тебе и ректору в расследовании, я готова присоединиться к вам. Только у меня будет несколько условий.
Из трубки послышалось долгое «Х-м-м». У меня аж капельки пота проступили на лбу — не была готова к отказу. Но вскоре Кейцер заговорил:
— Давай обсудим это при личной встрече. Тебе когда удобно?
— Да хоть сейчас, — вздохнула облегченно.
Просто камень с души. Было б очень неловко, если бы маг сказал: «Нет, спасибо, мы уже нашли тебе замену».
— Ну, сегодня я занят… — в трубке послышался тонкий женский голосок, шуршание бумаг, а затем вопрос Марса: — А завтра подойдет? Да? Ну, хорошо! Тогда заеду за тобой в Академию после занятий. До связи.
Я смотрела на экран фона, показывающего длительность нашего разговора, и не могла поверить в произошедшее. Насколько круто теперь изменится моя жизнь?
Наконец стану студенткой АНС, приму участие в настоящем расследовании, а еще смогу создать комфортную и, главное, безопасную жизнь для Миры, в которой не будет мельтешить перед глазами ее никудышный отец.
И тут ко мне неожиданно пришло озарение… А не Марс ли «образумил» этого мелкого бандита? И если он, то как узнал о ситуации с Мирой? И что верховный предложил Косому в обмен на нашу с девочкой спокойную жизнь?..
Мысли кружились в голове, как рой пчел возле улья. Все никак не успокаивались — слишком уж много чужих тайн и секретов свалилось на мою голову. Душу глодало неукротимое желание разрешить их все разом, хоть и понимала, что это невозможно и наверняка некоторые из тайн вовсе уйдут в небытие. Не все же в этом мире мне положено знать.
Несколько часов напролет настолько была поглощена размышлениями, что и не заметила, как ушел репетитор, как вслед за тем солнце спряталось за горизонтом. И только когда в комнату прокрался аппетитный запах запеченного мяса, возвратилась в реальность и глянула в окно. Утомленный дневной суетой город уже успел окраситься умиротворяюще-багряными сумерками.
За дверью тихо бормотал включенный телеблок. Гремела посуда, шумела вода, и звонкие девичьи голоса сливались в неразборчивый гомон. Снова Мира и Несс что-то не поделили. Эти двое меня когда-нибудь в могилу сведут, точно говорю!
С их страстной любовью к спорам, особенно на политические темы, ни одному психологу не справиться.
