Искала я «Проклятия Страсти», но ничего подобного там не обнаружилось. Смертельные проклятия, Родовые проклятия… Потом взгляд зацепился за нечто, я вчиталась и поняла что меня привлек заголовок «Связующие проклятия». Это было нечто новое, о чем я за все годы обучения прочла впервые и тема меня заинтересовала. Раскрыв тысяча триста сорок седьмую страницу, я вздрогнула, едва увидела нарисованное магистром изображение — мужчина и женщина, разделенные пространством, но связанные нитью, которая как спираль опутывает обоих.
А затем, местами с трудом, из-за малоразборчивого почерка Тесме, я прочла:
«Крайне редкий вид проклятия, встреченный мною лишь дважды.
Уровень — максимальный, тринадцатый. Требует проведения ритуала и огромных энергетических затрат. Связующие проклятия прямое следствие неразделенной страсти, а можно и сказать — любви. Проклинающий, не добившись взаимности, совершает ритуал над бессознательным телом возлюбленного, приносит в жертву три жизни, использует кровь объекта страсти и связывает ауры. По сути, подобный ритуал связывает две сущности в единую. Однако если объект страсти обладает железной силой воли, он способен преодолеть влечение к проклявшему. В этом случае связь сохраняется, но значительно ослабив зависимость, проклятый может избежать союза.»
И ниже вновь потертый текст, а сверху него запись: «Связующее проклятие становится сильнее с течением времени, но может быть перекрыто естественно вспыхнувшей страстью, впрочем, не стоит сбрасывать со счетов так называемые «Проклятия Страсти».
У меня сердце забилось втрое быстрее, но я все же прочитала последнюю строчку:
«Есть предположение, что уничтожив возлюбленного своего объекта страсти, и тем самым ослабив его волю и силу к сопротивлению, проклявший может добиться желаемого, то есть полного подчинения проклятого собственно проклятию.»
Ниже было трижды подчеркнуто «Проверить теорию» и все!
Мне кристально ясно — я прокляла лорда Тьера Проклятием Страсти десятого уровня! Запрещенным проклятием, кстати.
Теперь понятно, откуда у магистра повышенный интерес к моей скромной персоне… и пусть сейчас он сдержан, а тогда один только его рык «Вон!» чего стоил.