– Хэй! Я имею право знать, в конце-то концов!
– Нет, я хочу сейчас узнать всю правду!
– Потом, – упрямо повторил Рэйес. – Напомню, что тебя никто, кроме меня, не видит, а значит, мне не следует на людях болтать с тобой так, будто я с другом или подружкой под руку иду. На меня и так уже косо смотрят, а ты же сама просила до выхода из академии никому про твою проблему не говорить. Ну вот и дождись, пока мы дойдем до спальни хотя бы.
Стоило ему это сказать, как навстречу нам из-за угла вывернул профессор Обернон. В руках у него был факультетский журнал третьего курса, взгляд его маленьких серо-зеленых глазок был направлен на Рэйеса.
– С кем вы разговаривали, адепт Рэйес? – с подозрительным прищуром спросил профессор.
– А что, в этом мире не принято разговаривать вслух с самим собой? Законом тоже, что ли, запрещено? – Рэйес мастерски изобразил на лице смесь из удивления и ужаса, мне аж захотелось поаплодировать его актерскому таланту.
Взгляд Обернона смягчился.
– Нет, конечно, не запрещено. Но это действительно не принято в обществе. Считается у нас чудачеством, у окружающих могут возникнуть вопросы в духе, а не сошел ли человек с ума? Так что не рекомендую впредь вести себя подобным образом. Вас могут неправильно понять.
– Спасибо за информацию, профессор! – расплылся в лучезарной улыбке Рэйес и отвесил почтительный полупоклон. – Учту, но не обещаю, что прям сразу смогу избавиться от этой дурной привычки. Успел уже привыкнуть к пустой болтовне с самим собой, это порой так успокаивает…
Обернон слегка улыбнулся, но взгляд его оставался всё таким же колючим и холодным. А еще… а еще мне показалось, что он осматривает пространство вокруг Рэйеса, будто силится найти что-то… или – кого-то?
– У вас сейчас по выданному расписанию идут занятия с мисс Фил, – заметил профессор Обернон, сверяясь с каким-то бланком среди кипы бумаг в руках. – Но вы почему-то не на занятиях, а шатаетесь тут по коридорам. Почему? Объяснитесь.
Рэйес что-то защебетал про то, что сейчас зайдет в спальню, чтобы принять душ после изнурительной общей тренировки, а потом как раз отправится на занятия со мной, так как я якобы перенесла тренировку на попозже. Скороговоркой распрощался с профессором Оберноном и поторопился свернуть на лестницу, ведущую непосредственно в спальное крыло.
Я на секунду задержалась, чтобы проследить за Оберноном. Тот тоже задержался и какое-то время с поджатыми губами смотрел в спину уходящего Рэйеса, потом резко развернулся и зашагал прочь.
