Сирота без знатного происхождения поступает в престижную магическую академию, где господствуют древние роды. Её магия слаба, но уникальна. Ей предстоит найти утраченные знания и доказать, что происхождение и сила магии — не главное для становления великой чаровницы.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Академия благородных. Чаровница»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сирота без знатного происхождения поступает в престижную магическую академию, где господствуют древние роды. Её магия слаба, но уникальна. Ей предстоит найти утраченные знания и доказать, что происхождение и сила магии — не главное для становления великой чаровницы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сирота без знатного происхождения поступает в престижную магическую академию, где господствуют древние роды. Её магия слаба, но уникальна. Ей предстоит найти утраченные знания и доказать, что происхождение и сила магии — не главное для становления великой чаровницы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Академия благородных. Чаровница» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
При отсутствии у нас обеих сил защититься (некромантия вдали от кладбища тоже такая себе защита) нужно было хоть что — то успокаивающее.
А потом из зала хлынула толпа. Бежали люди, а за ними бежали огромные жуки со жвалами и крысы. Их давили, и они растекались кровавыми лужицами по полу, отчего становилось только страшнее. Кто-то пытался применить магию, но в толпе это сложно сделать, никого не задев.
— Скажите мне, что это иллюзия! — взвизгнула Марьяна и в мгновение ока оказалась на стуле с ногами.
— Нет, — покачала головой я и повторила маневр, впрочем, как и парни.
— Похоже, темные ведьмаки развлекаются, — стараясь сохранить спокойный тон, ответил Гарет.
— Или некроманты, — не согласился Рафаэль.
— Крысы — ладно, — взвизгнула соседка еще раз и откинула ботинком туфли особо наглое насекомое, — но жуков поднять не один некромант не способен. К тому же я что — то не слышала никогда про жуков размером с половину немаленькой крысы.
— Учитывая то, что они не жрут друг друга, могу предположить, что ими кто-то управляет,
— сказал Гарет и залил окружающее пространство морозным воздухом. Настолько морозным, что милые животинки превратились в ледяные скульптуры и рассыпались под напором своих собратьев.
— Ух ты, стихийный маг? Круто! — восхитилась я. — Но нужно отсюда убираться, пока нас все-таки не попытались сожрать.
Нет, студентов не ели, даже тех, кто упал, выбираясь из зала, но ощущать на себе сотни лапок, жвал и усов с хвостами не было никакого желания. А ведь эти милахи бежали прямо по тем, кто лежал.
— Стойте, — вдруг тихо сказал Рафаэль, указывая куда-то вправо. — Поток тварей иссякает, но посмотрите, всех из других кафе и из нашего будто бы гонят в одну сторону. И что — то у меня нет никакого желания бежать следом.
— Он прав, — сказала девушка-старшекурсница, стоящая на столике рядом. Вообще вся их компания осталась на месте и просто зачищала территорию вокруг своего стола с помощью магии. Ребята сменяли друг друга и поливали окрестности то огнем, то водой, то уничтожали призванных тварей металлическими иглами.
Я в очередной раз позавидовала активной силе.
Вообще, таких компаний было довольно много. Ринулись на улицу только те, кто находился внутри, и люди мирных профессий, не способные себя защитить.
— Скажите, что это ваши проделки, — хмуро посмотрел на старшекурсников Гарет. — Я знаю, что вы устраиваете всякие гадости первогодкам.
— Вы еще не первогодки, только завтра ими станете. Это не мы, — девушка лишь покачала головой, но затем добавила: — И мне это не нравится.
Практически одновременно с ее заявлением где-то справа раздался многоголосый, леденящий душу вой, а следом за ним по улице пронеслись стражи Академии, сразу человек двадцать.
