Ворота Академии Сплендер — величественная арка из мрамора, черного и белого, как символ разделения на светлые и темные. Она служит не только границей между миром и неживым, но и двуликостью жизни. Внутри Академии ждет загадочная история чаровницы, где каждое существо имеет две стороны, и в этом мире все возможно....
Похоже, «Академия благородных. Чаровница» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вряд ли такого человека можно заставить жениться на той, которая ему не нравится или не интересна, на меркантильного дельца он тоже мало похож, а значит, остается один вполне логичный вывод: я ему действительно хоть немного, но нравлюсь. Это греет душу.
— Все, уходим, — скомандовал Сарентон, подзывая меня к себе и беря за руку. Я точно так же схватила за руку Микель, подсознательно боясь, что с ней еще что-нибудь приключится. И мы все вместе шагнули в портал."
"Светящаяся арка перехода вывела нас в незнакомое помещение, полное людей.
Именно она, всех расталкивая, первая бросилась к нам.
Микель тут же уложили на носилки, меня тоже пытались, но я героически отбилась, только позволила накинуть на шею целительский артефакт, который должен ликвидировать кровавые борозды от веревок на руках и ногах. А больше никаких повреждений у меня, собственно, и нет.
Все время, пока мне пытались оказать первую помощь, я старалась не спускать глаз с Сарентона. Не знаю почему, но мне легче, когда я знаю, что он рядом. Впрочем, он и не собирался никуда уходить, только пошел докладывать о проведенной операции начальству.
Оба герцога слушали его с интересом, но, такое ощущение, ничего неожиданного в этом рассказе для них не было.
Откуда я знаю? А я, отбившись от приставучих целителей, подкралась к мужчинам. Эрик там тоже был. Он меня, кстати, и заметил, подмигнул, но разговор прерывать не стал. А остальные сотрудники безопасности, что нас спасали, сейчас увели задержанных куда-то вглубь здания. Кстати, до сих пор не знаю, где это мы, но, скорее всего, либо в следственном департаменте, либо где-то в оборонном ведомстве.
— Как ты, дочь? — неожиданно прервав разговор, повернулся ко мне герцог Дорнтон.
— Нормально, — неуверенно и полувопросительно отозвалась я. Никогда раньше он не называл меня дочерью. И вряд ли он сейчас играл на публику — не тот человек. — Все хорошо. Теперь все хорошо, — несмело улыбнулась.
Никогда не думала, что для меня будет так важно услышать именно это слово.
