В Академии Блонвурт, Джейлис чувствует себя одинокой и преданным учеником. Несмотря на холодные слова Аделестайлов, он продолжает изучать древние таланты, приближаясь к своему заветному мастерству. У каждого студента есть своя история, а Дальгондёр с его загадочными взглядами становится неотъемлемой частью этой непредсказуемой близости....
— Но всё равно ведь умирают!
— Убийство тоже не самоцель. Повторяю, нам нужна кровь донора, а не его смерть. А ныне существующий расклад был вашим выбором.
— Что значит – нашим? — опешила Фортейл.
— Конечно, не вашим лично, Вирджина, — улыбнулся Элестайл. — Ваших правителей. Норбернт предлагал им два варианта договора на выбор. Они предпочли тот, что действует сейчас.
— А каким был другой? — в один голос спросили Фортейл и Джейлис."
"— Донорство. И даже необязательно только прямое. К тому моменту эльфы уже изобрели способ консервировать кровь практически без потери её свойств.
— Поверить не могу... — покачала головой Фортейл.
— Напрасно, — усмехнулся король.
— Да нет, я в том смысле, что такое скотство просто не укладывается в голове. Про случайный выбор я в курсе. Но думала, что это была хотя бы вынужденная необходимость. А оказывается, ни в чём неповинных людей отправляли на смерть лишь ради экономии казны. При том, что существовало цивилизованное решение проблемы.
— Вирджина, если у вас всё же остались сомнения, могу показать проект второго варианта договора, написанный рукой Норбернта – он до сих пор хранится в архивах.
— Нет, Элестайл, я вам верю. Хотя прочесть, конечно, было бы любопытно – тем более что я никогда не видела и первого, в итоге подписанного сторонами, варианта.
— Могу удовлетворить ваше любопытство и в этой части, — улыбнулся вампир. — Оный, естественно, также имеется у меня.
— Была бы весьма признательна вам, — в глазах Фортейл горел неподдельный интерес.
Тот ответил не сразу, сперва помолчал, уткнувшись взглядом в тарелку. Элестайл определённо знал ответ, однако говорить за него не стал.
— У нас тоже договор с ними, — в конце концов неохотно вымолвил Дальг.
— Но вы же не участвовали в той войне.
