— Откуда взялись и почему ввязались в битву?
— Сейчас не до разговоров, — остановил поток его вопросов Лонгаронель. — Это наверняка ваш последний шанс спастись. Нужно собрать жителей остальных посёлков и уходить через северный перевал – пока люди, опомнившись, не пригнали войска обратно.
— Обратно? А куда подевались другие? Я думал, их несметные полчища, — послышалось с разных сторон.
— Мы обратили их в бегство, — ответил вампир.
— Вчетвером?! — поразились тролли.
— Нет, ввосьмером.
— Но как?
— Если коротко – эманациями страха. А подробностей сейчас точно не будет. Вы собираетесь наконец ехать за своими женами и детьми?!
— Ехать недалеко, — сделал неожиданное заявление один из троллей. — А впрочем, они уже и сами возвращаются, — добавил он, посмотрев на северо-восток.
С той стороны действительно приближались недавние беглецы, причём уже верхом. Очевидно, бежали-то они к табуну, пасшемуся неподалёку.
— А на другие деревни вам что, наплевать? — удивился Лонгаронель.
— В других никого нет, — пояснил тролль.
Оказывается, осознавая безнадёжность своего положения, тролли решили попытаться пойти на прорыв – на северной тропе, поскольку по ней могли пройти лошади. Поэтому все, кто не держал оборону на других тропах, ещё днём собрались в северном селении. Лошадей согнали в один табун. Ночью, когда солдаты уснут, должны были приехать сюда и защитники остальных рубежей.
На беду троллей, люди первыми прорвали их оборону и именно на северной тропе. Все были заняты сборами в дорогу, когда деревню атаковали солдаты. И нападение отрезало троллей от табуна. Если бы они могли сразу добраться до лошадей – жертв было бы наверняка значительно меньше. Но шанцский авангард взял деревню в полукольцо.
Теперь, поняв, что опасность миновала, выжившие возвращались. Мужчины вглядывались в их лица, ища близких. Те тоже искали среди вернувшихся с рубежей своих мужчин. Во взглядах некоторых и с той, и с другой стороны вспыхивала радость узнавания. В других ещё теплилась надежда. А в третьих поселялось отчаяние.
— Ну, раз все уже в сборе... Имущества у вас, похоже, не осталось, — Лонгаронель обернулся в сторону догоравшей деревни.
— Насчёт имущества ты, к сожалению, прав. Но в сборе ещё не все. Женщины и юноши остались на рубежах. Солдаты, наверное, слышали звуки схватки в долине и, поняв, что их соплеменники ворвались в неё, могут тоже пойти на отчаянный штурм. Мы должны вернуться, — решил тролль. — Женщинам и детям не сдержать оборону!
— Нет! — возразил Лонгаронель. — Выводите своих из долины. Мы сами облетим другие тропы и заберём оставшихся там защитников. Держать оборону, принося себя в жертву, больше нет смысла. А люди, даже если полезут через перевалы — да и Тень с ними.