Поднялся к руинам, похожим на разоренное гнездо. Девчонка объявила себя наследницей ночи. Но она, разумеется, лжет. Пришла пора обрезать ей крылышки.
Он даже повременил немного, оттягивая момент победы. Ему нравилась эта гонка по стылым землям под светом холодных звезд. Охотничий азарт, кипящий в крови, гнал его вперед и согревал, защищая от ветра. Но пришла пора поставить точку.
Первый артефакт — гладкий металлический шарик — обжег ладонь, и Ит перебросил его из руки в руку как горячую картошку, а затем швырнул через обломки стены и, отвернувшись, зажмурился.
Вспышка ослепила его даже через закрытые веки, перед глазами поплыли белые пятна, но, поморгав, Ит вернул себе зрение и быстро вошел в храм. А это явно был он: большое вытянутое помещение, осколки витражей, обломки статуй и… никого.
Ит не поверил своим глазам. Неужели чутье его обмануло?
— Есть здесь кто-нибудь? — вслух спросил он и сам понял, как это глупо.
Голос прозвучал гулко, точно он крикнул в колодец. Нет тут никого. Они не успели бы удрать, валялись бы слепые и беспомощные, как котята.
Ит прошел вдоль стены, принюхиваясь как ищейка. Пахло хлебом и чем-то горелым. Чары совсем недавно ушли, он даже чует острый запах мужского пота. Вот и одеяла, и рюкзаки, которые он сперва не приметил в тени.
Дальше они пошли налегке.
Ит запрокинул голову и улыбнулся звездам.
Что ж, это значило лишь то, что охота продолжается. Дичь оказалась шустрей и хитрей, чем он думал. Но так даже интереснее. На всякий случай Ит обошел развалины, заглянул за нагромождение камней, даже постоял у стены с нарисованной птицей.
Ит никогда не молился. Он полагался на себя, а не на милость богов. Но бывали моменты, особые, когда он чувствовал близость с чем-то прекрасным: все вокруг замирало и словно приобретало завершенную полноту, наполняясь глубоким смыслом. Моменты, когда он отнимал чью-то жизнь.
Он вышел из развалин, постоял и, помешкав, обернулся. Какой-то шорох на грани слышимости, или снова запах, от одеял. Как бы то ни было, уже уходя, Ит перебросил через плечо еще один артефакт. Напрасная трата драгоценного чаросвета, оракулы бы не одобрили, но руины позади разрезало сверкающими мечами. Если кто там и прятался, теперь ему не спастись. Камни дрогнули, затрещали, сдвигаясь со старых мест, покатились вниз по холму.
Ит поправил лямки рюкзака и побежал наперегонки с камнями, словно мальчишка, спешащий со школы. Было бы очень глупо погибнуть под обвалом, устроенным им же самим. Но еще хуже — не исполнить задание. Через пару минут он заметил хрупкий лед, сломанный чьей-то ногой, чуть позже — примятый мох.
Ветер взвыл сильнее, подталкивая его в спину. Ит летел вперед как выпущенная из лука стрела, как клинок, брошенный твердой рукой.