Автор
Внутри высокого дворца начинается бал — атмосфера шика и роскоши контрастирует с выживанием обычных людей за пределами. Академия чаросвета отражает не только красоту, но и тяжестию жизни в мире заговоров и магии, где каждый шаг важен для будущего.
Свои источники информации он выдавать не собирался.
— Второй вариант — погасить собственно источник света.
Он накрыл ладонью ручку, и чаросвет погас. В зале сразу стало темнее.
— Убрать щенка, пока тот не превратился в матерого пса? — озвучил младший оракул.
— Убить Себастиана Альваро? — возмутился старый. — Никак невозможно! Великий дом останется без наследника! Артирес любит сына, месть его будет жестока.
— А если несчастный случай? — задумчиво предложил средний.
— Артирес не дурак, — старый так яростно затряс головой, будто у него припадок случился.
— Третий вариант.
Вновь потянувшись через стол, Тибальд взял папку оракула и поставил ее между ручкой и часами. Все умолкли, размышляя, и первым сообразил Монтега.
— Разлучить их? Поссорить? — уловил он.
— Они молоды, страсти кипят, зрелые чувства им пока не доступны, — пояснил Тибальд.
— Она из Сумерек. Он — высший чар. Удивительно, что они вообще вместе, — согласился средний.
— Свет и тьма, как лед и пламень, — ляпнул молодой.
— Совершенно разные по происхождению, воспитанию, образу жизни, — пробормотал Монтега. — Они и без нас должны постоянно ругаться.
— Истинную любовь не разрушить, — покачал головой старый.
Тибальд не верил в любовь. Забрав часы, сунул их назад в карман. Серебряная крышка нагрелась от чаросвета, и Тибальд чувствовал у груди живое тепло. Сердце же оставалось холодным. Он всегда руководствовался логикой, а не чувствами.
— Я наглядно демонстрирую, что эта сложная задача имеет несколько решений, — сказал он.
— Это про тот кусок земли в пустыне? — вспомнил Монтега.
— На очередном совете великих домов я внесу предложение о выделение земли седьмому дому, — сказал Тибальд. — Грай, красный пес, поддержит его. Мне нужен твой голос, Эльгред.
— Здесь как раз выкладки возможных вариантов развития такой ситуации, — оракул услужливо подвинул ему папку. — Дома белых и рыжих котов останутся в выигрыше при любом раскладе.
Монтега помолчал, потянув время, полистал страницы.
— Равновесие нарушится лишь на время, — не вытерпел младший оракул. — Теням не место под солнцем.
— Мы все увидели, какими зыбкими могут быть пророчества, — заметил Эльгред, отодвинув от себя папку. — Сегодня одно, завтра другое, как можно вообще полагаться на предсказания? Одно из них гласит, что седьмой дом возродится во мраке. А ты, серебряный лев, предлагаешь выстроить его в пустыне.
