Автор
Внутри высокого дворца начинается бал — атмосфера шика и роскоши контрастирует с выживанием обычных людей за пределами. Академия чаросвета отражает не только красоту, но и тяжестию жизни в мире заговоров и магии, где каждый шаг важен для будущего.
Этот дурацкий вопрос все не давал ему покоя, возвращаясь точно назойливый комар, которого никак не удавалось прихлопнуть: что, если и страсть, и любовь Мэди — лишь отражение его собственных чувств? Как чаросвет.
Любит ли она его по-настоящему?
Глава 2. Пророчества
Я задержалась у глянцевой черной стены и по привычке посмотрела в самый низ списка, но теперь мое имя светилось куда выше. Отец Бастиана официально одобрил помолвку своего сына, и я сходу получила пятьдесят баллов. Дом Альваро взял меня под свою защиту, но это слегка напрягало.
Я повернулась и недовольно посмотрела на женщину, которая буквально дышала мне в шею.
— Питер Порти, — ткнула она пальцем в имя. — Мой племяш. Так себе учится, да? А на каникулах заливал, что он чуть ли не лучший на курсе.
Элма Ридис, боевой чар из дома черных псов, ходила за мной как тень. Высокая блондинка с гладко зачесанными в хвост волосами, в черных одеждах, обтягивающих стройное крепкое тело, вызвала настоящий фурор среди парней моего курса. Особенно среди Фалько.
— Элма, — выдохнул он, догнав нас на лестнице. — Я тут подумал. Я ведь друг Баса и королевы ночи и, значит, тоже в опасности.
— Привет, Фалько, — сказала я.
— Привет, Мэди, — бросил он. — Так вот, Элма, мне было бы куда спокойнее, будь ты рядом.
— Плохо спится, малыш? — спросила она. — Мучают кошмары?
Она придержала меня за плечо, первой заглянула в кабинет, оценив обстановку, и лишь потом позволила мне пройти. Я невольно закатила глаза и села за свою парту.
— Кстати о снах, — промурлыкал Фалько, проходя следом.
— Мы все в нетерпении, — сказал Дин, занимая место поближе к выходу. На прорицании он вечно чувствовал себя как на иголках и норовил сбежать со звонком, пока не получил еще парочку дочек в предсказание к первым шести.
— Так вот, мне приснилась одна блондинка, — поведал Фалько. — Не буду называть имен, но потрясающая женщина.
Я невольно покосилась на Элму, которая как всегда заняла последнюю парту, чтобы не мешать учебному процессу. Не знаю, где там прячется эта девочка, но явно очень глубоко.
— Так вот, — продолжал Фалько. — Подходит она ко мне, останавливается и начинает медленно расстегивать пуговки на своей черной рубашке, одну за одной.
— М-м-м, — понятливо протянул Дин.
