Я жадно глотала ртом воздух, в панике оглядываясь по сторонам, но не видела перед собой ничего, кроме густого белого тумана. Чувствуя, как из меня уходят последние силы, я опустилась на колени, а затем упала лицом в холодную и сырую после водных атак землю, сплёвывая скопившуюся во рту солоноватую кровь.
Перед глазами плясали красные и чёрные круги, но в один момент туман рассеялся и дышать стало намного легче. Тело перестало биться в судорогах, и где-то вдалеке я услышала срывающийся голос декана:
— Пять! Кристиан, срочно на поле!
Я скорее почувствовала, чем услышала топот ног. Меня осторожно перевернули на спину, и сквозь застилавшую глаза пелену я увидела размытые очертания двух деканов. Они переговаривались между собой, но я не могла расслышать ни слова, как ни пыталась. Де Ареон приложил прохладные пальцы к моим вискам и поток странной силы — лёгкой и тёплой, как ветерок в летний зной, проник мне в голову, прогоняя боль и слабость. Чувствуя, как теряю сознание, я наслаждалась приятными ощущениями целительной магии декана спецкурса и думала лишь об одном:
“Проиграла. Аллен будет очень зол.”
Глава 26
Ледяной холод, пробирающий до костей, вернул меня в реальность. Открыв глаза, я уставилась в потолок, выкрашенный белой краской, и услышала тихий шёпот декана спецкурса:
— Хвала Великой Богине, ты очнулась. Как себя чувствуешь, Эрика?
Я повернула голову в сторону голоса и тут же сморщилась от накатившей боли. Слёзы выступили на глазах, и сидящий рядом со мной де Ареон стал похож на размытую кляксу.
— Что случилось? — хриплым голосом спросила я, с трудом ворочая языком.
— Это я хотел спросить у тебя, — ответил заместитель ректора. — Дать воды?
Горло саднило так, что мне было проще кивнуть, нежели ответить. Де Ареон с большой осторожностью помог мне сесть на кровати, приподняв подушки у изголовья, и поднёс к моим губам стакан воды.
Утолив жажду, я с облегчением отметила, что боль постепенно уходит и голова становится более ясной. Осмотревшись по сторонам я поняла, что нахожусь в больничной палате и слабо улыбнувшись поблагодарила Кристиана."
"— Так что случилось, Эрика? Если тебе стало плохо, почему ты вышла на боевое поле вместо того, чтобы обратиться за помощью к лекарям?
Не подумав, я ляпнула первое, что пришло в голову:
— Господин Альсар ждал от меня только победы. Я не хотела…
— Подожди-подожди, — перебил меня де Ареон, — только не говори мне, что похвала от декана для тебя дороже собственной жизни?
Я замотала головой, пытаясь подобрать правильные слова и избегая смотреть на помрачневшего заместителя де Форнама. От объяснений меня спас шум в коридоре и голос Альсара: декан с кем-то спорил на повышенных тонах.