Автор
Добро пожаловать в Академию Дальстад! Здесь развертывается динамичная история с убийственным спецкурсом. Великолепный ректор Алистер де Форнам поднимает над школой шум, создавая атмосферу нереального напряжения и захватывающей интриги.
— Уверен, сопляк? — неожиданно рассмеялся Рейман и быстрым движением рук создал чёрный вихрь, который в два счета достиг отряда стражников, охраняющих де Волмана, и с лёгкостью раскидал их по сторонам. Ариас с видимым удовольствием на лице хлопнул в ладоши над головой и из-под земли потянулись большие костяные руки, хватая лежащих рядом с ними людей, ломая их, как соломинки..
Кристиан в ужасе окинул взглядом умирающий отряд, но быстро взял себя в руки и ринулся на некроманта.
— Схватить! — приказал Ариас ожившим мертвецам, указав пальцем на де Ареона и те, пошатываясь, принялись окружать декана в кольцо.
Кристиан, стиснув зубы, попытался прорваться сквозь неровный строй ожившей стражи, но их было слишком много. Как бы мне ни хотелось помочь де Ареону, скованная и обездвиженная, я могла лишь беспомощно наблюдать за происходящим во дворе нашего временного дома.
Мертвецы крепкой хваткой держали декана, поставив его на колени перед довольными Ариасом и Рейманом. Глядя в глаза Кристиана, полные ненависти и презрения, отец спросил, словно разговаривая сам с собой:
— Знаешь, де Ареон, вместо того, чтобы праздновать наш неумолимо приближающийся триумф, ты заставил меня впасть в раздумья: почему же я не прикончил тебя в день гибели Катарины? Однако, прямо сейчас я это исправлю.
Мой отчаянный крик заглушил жуткий вой. У ног отца возникли три сгустка чёрного тумана, которые приняли форму жутких потусторонних волков. Глаза дьявольских созданий горели алым огнём, из оскаленных пастей, полных длинных и острых клыков, капала пена, а шерсть была вздыблена, словно иголки у дикобраза.
С безумной ухмылкой Ариас произнёс:"
"— Глупый, наивный де Ареон, ты излишне понадеялся на свою невосприимчивость к физической боли.
Моё сердце едва билось от страха. Дьявольские волки не знали жалости и пощады, ни у кого не было шанса выбраться живыми из их смертоносных пастей.
