Автор
В черте города стихает тихий голосок бодрящего утра, когда еще не пробудилась полусонная девица в соседней комнате. Мрачная дама-злодейка изумленно выслушивает подозрения, прежде чем разъяренным шепотом объявляет о своем присутствии и правах на защиту своей соседки.
[2]Называется так из-за его угольного цвета."
"2. Опоздавшая
По размытой от дождя дороге ехала, скрипя колёсами, чёрная карета с вензелями. Внутри, сидела безумно красивая, хотя при ближайшем рассмотрении и немного странноватая на вид, девушка.
— Не могу поверить, что я на это согласился! Девир побери, да как они вообще дышат в этих дурацких корсетах, — брюнетка дёрнула занавеску и высунулась в окно, глубоко вдыхая прохладный воздух.
Кучер, заметив торчащую сзади голову, предупреждающе бросил.
— Скоро прибудем на место.
«Да пошёл ты со своими советами! Посмотрел бы я на тебя, как ты б улыбался, засунь тебя в бабское платье», — подумал Марион, но смолчал.
Карета тем временем резко свернула направо и выехала на каменную мостовую. Кучер не успел объехать булыжник на повороте, и повозка на секунду подпрыгнула в воздухе. Сидящая внутри девушка отлетела от окна и больно приложилась затылком.
— Эй! Поаккуратнее там! Не мешок с картошкой везёшь, — проворчала дама, но её замечание осталось незамеченным, судя потому как лошади погнали ещё быстрее.
И вот уже через несколько минут необычный экипаж затормозил перед высокими кованными воротами. Перед каретой тут же, словно из-под земли, вырос охранник и, строго обратившись к кучеру, поинтересовался.
— Кто такие?
— Так, это… — включил дурачка тот, протягивая какие-то бумаги служивому под нос. — Хозяин велел дочурку свою в академию доставить.
— А чего так поздно? Все студентки прибыли ещё неделю назад, — удивился проверяющий, но после всё же смягчился и дал добро.
Карета неспешно покатилась дальше, а кучер шёпотом обратился к пассажирке.
— Говорил же я Вам быстрее собираться. А вы несколько дней складывали чемодан с тряпками!
— Должен же я прилично выглядеть?! — возмутились сзади. — Если мне уж и суждено нацепить бабские шаровары, то хотя бы пусть они будут самые роскошные!
— Тише Вы! Не дай Девир услышит кто. И привыкайте уже говорить о себе в женском роде.
Ответом ему было лишь неразборчивое бурчание пассажирки.
Наконец, докатив до центрального входа, кучер одним движением остановил лошадей и ловко спрыгнул со своего места. Он потянулся к ручке двери и, распахнув её настежь, протянул руку сидящей внутри брюнетке.
— Чего лапы тянешь? — недовольно шикнула она. — Я и сам в состоянии вылезти из этой тарантайки.
— Сама! Сама! — шёпотом напомнил мужчина. — Чего же Вы никак не привыкнете.
