Волшебные трусы, ядовитые и зеленовато-алые, стыдливо накрывали собой подозрительную атмосферу академии. Я студентка пансиона, которую здесь не приняли, но все еще хожу в форму — знак уважения к предыдущей жизни и брошенного шаблона. Вокруг мрачно сверкают зелени тени и светятся алыми огоньками ночные клубы — здесь строптивые становятся частью легенды, а не обретают место в истории....
Неловко себя чувствовали все.
– Ну… – нерешительно начала Риз, испуганно озираясь по сторонам и поеживаясь.
– Что «ну»? – буркнула я, прекрасно понимая, каких именно действий от меня ждут.
– Давай уже, Касс! – подбодрила меня Лира.
Воительница тоже храбрилась, но, как и Риз, нервничала. Я их понимала, сама чувствовала себя каким-то мелким воришкой, хотя, по сути, ничего не крала, разве чуть-чуть силы из источника, но это же не страшно и не наказуемо."
"– Быстрее начнем, быстрее закончим! – добавила валькирия и сделала попытку улыбнуться.
– Да… нужно быстрее, – поежилась Сильвена. – Предчувствие у меня не очень…
– А поподробнее! – Я сделала шаг по направлению к подруге. – Может, ну его? Стоит повернуть назад? Раз уж у тебя предчувствие.
– Даже не знаю… – Сильвена замялась. – У меня не то чтобы плохое предчувствие, скорее странное. А потом, ты же знаешь, что я только учусь и с предсказаниями у меня не очень, – заюлила подруга. – Вот даже то, которое выдала тебе спьяну… Сама не представляю, что имела в виду.
– Короче, – прервала ее Лира. – Работой над твоей самооценкой мы займемся позже. Ты талантливая и умная, но нерешительная. И это проблема, но все же не столь масштабная, как у Касс.
– Ага, – подтвердила я. – А вот я талантливая и решительная… И это пугает.
– Переставай пугаться и желай, чтоб Труселя исчезли! – скомандовала валькирия. – Мы верим в тебя! С Пироженком же все получилось. Выйдет и сейчас. А если будешь откладывать, гудеть и ныть, что не сможешь и не уверена, как это обычно делает Сильвена, нас застукают, отругают, а мы даже не попробуем сделать то, для чего вламывались в лабораторию.
– Эх! – вздохнула я, признавая правоту Лиры, и закрыла глаза. Я понимала, что действительно не стоит затягивать надолго – уж либо делать, либо нет.
Сначала сосредоточиться не получалось никак. Во-первых, я стояла, а удобнее мне было сидеть. Во-вторых, девчонки за спиной перешептывались и хихикали, что очень сильно раздражало.
Сначала стихли голоса вокруг. Потом весь мир сжался, образовав вокруг меня кокон, и я начала погружаться в состояние, напоминающее дремоту, когда в голове не остается мыслей, только образы, которые позже трансформируются в сны.
