В Академии Горгулий жестокие приключения уже начинаются. После неудачной поездки на карете главный герой, несмотря ни на что, решает пробраться в убежище сомнительных созданиях – академию драконов. Здесь она обнаруживает мир куда более загадочным и опасным, чем ожидала, открывая новые грани страстей и тайн....
Непривычное ударение в знакомом имени не смогло надолго удержать фокус моего внимания, поэтому я снова обратилась к Марин:
– А куда деваются очки? И вообще… вся твоя одежда становится другой. Как так?
Марин… усмехнулся.
– Ника, я вырастаю или уменьшаюсь на двадцать пять сантиметров, набираю или теряю в весе почти сорок килограмм, меняю длину волос, цвет глаз, полностью перестраиваю весь скелет, мышцы, меняю внешние и внутренние половые органы, гормональный фон… А тебе непонятно, только куда деваются очки и одежда? Это магия.
– Справедливо. – Напоминание о магии помогло окончательно справиться с удивлением. – Ты не могла бы вернуться в женскую ипостась?
– А почему тебе не нравится мужская? – удивилась Марин, тем не менее снова превращаясь в скромную маленькую отличницу.
– Красавчики меня нервируют, от них всегда жди беды.
– О, ну извини, я превратиться в девчонку не сумею, придется терпеть меня, какой есть, – самоуверенно заявил Владимир.
– Тебя как-нибудь переживу, – фыркнула я.
Он хоть и был рослым светловолосым здоровяком, записать его в красавчики я никак не могла.
– А на Осенний бал со мной пойдешь? – тут же подсуетился Владимир, улыбаясь почти обворожительно.
Хорошо, что об этом мероприятии Мелиса успела мне рассказать, в противном случае я рисковала прослыть совсем уж деревней. С ее слов выходило, что на бал совершенно необязательно идти с кем-то в паре.
– Посмотрим, как будешь себя вести, – отмахнулась я, продолжая с интересом рассматривать Марин. – А почему вы не потеряли способность к обороту, как остальные?
Она пожала плечами.
– Мы не единственные, кто ее сохранил. Русалки, – она кивнула на красотку, которую я про себя обозвала лесной нимфой, – тоже до сих пор обращаются. И насколько мне известно, некоторые тумалонцы.
– Тумалонцы? – переспросила я.
– Обитатели Тумалона, – пояснил Владимир. – Это остров в составе Содружества, но…
Он замялся, подбирая определение, и Марин успела первой:
– Весьма обособленный. Только это объединяет тумалонцев с нами и русалками: три века назад мы все были изолированы от основной части Содружества.
– Но это неточно, – хмыкнул Владимир.
– Точно никто не знает, – серьезно кивнула Марин. – Это просто одна из версий.
– А их много? – тут же спросила я. Больше для поддержания разговора, если честно, поскольку меня не так уж и интересовала потерянная возможность превращаться в чудовище.
– Хватает. – Владимир весело посмотрел на Марин.
