Изергаст поправил сползший с ее плеч пиджак, и прохладные пальцы легонько погладили ее шею.
– Прямо сейчас? – уточнил он.
Если она заметила, как сбилось его дыхание, то и он наверняка подмечает все мелочи. А значит, видит, как пересохли ее губы, и участился пульс, и тонкие волоски на руках встали дыбом.
Миранда качнула головой.
– Тогда, быть может, еще конфетку? – невинно предложил Изергаст.
– Тот, кто рядом, подарит лучший поцелуй в твоей жизни, – прочитал Родерик свое предсказание. – И не соврали ведь. Хотя твои поцелуи – все лучшие, любимая.
Арнелла с готовностью обвила шею Родерика руками, а Миранда вонзила вилку в утиную ножку с такой силой, как будто боялась, что та тоже улетит пугать туземцев.
– А ты, Моррен, почему не берешь гадальную конфетку? – спросила Дебра.
– Я и так знаю, с кем связала меня судьба, – ответил он.
Миранда хотела возмутиться, опровегнуть его слова, но понимала, что не место и не время. Да и над аргументами стоит подумать.
– Вынужден вас покинуть, – сообщил Изергаст, поднимаясь.
– Уже? – вырвалось у Миранды прежде, чем она успела прикусить язык.
– Надо откопать белобрысого зародыша, – пояснил он, обласкав ее взглядом, и поднял бокал. – За Адалхардов. И за мир. Надо что-то решать, Родерик.
Он поставил пустой бокал на стол и ушел, а Миранда закуталась в пиджак плотнее, хотя ей вовсе не было холодно.
Глава 19. Ночь
Арнелла с Родериком ворковали друг с другом как два голубка – смотреть тошно, флирт Рурка с Деброй выходил на финишную прямую, а Миранда разворачивала конфеты одна за одной и, складывая их на блюдце, читала предсказания, написанные изящным почерком Изергаста."
"Дай шанс тому, кому он правда нужен. Настоящая любовь длится и после смерти. Твоя судьба твоей стихии. С любимым и в гробу не тесно. Жизнь коротка, живи смелее. Не надо себя обманывать. Пути любви неисповедимы.
Изергаст не повторился ни разу, и все его предсказания били в цель.
«Ты сама все знаешь», – было в последней конфете.
Запрокинув голову, Миранда посмотрела на крупные звезды, рассыпанные по южному небу. Знает ли? Ответы, как правило, влекут за собой еще больше вопросов. Разве что с Джафом по-другому. С ним просто. Если он не идет налево. Ритуал привязал к ней Изергаста, но, по сути, то же самое она сделала с Джафом. Он боится потерять ее, и этот страх держит его точно поводок.
– Сколько раз вы были женаты? – спросила она у Рурка.
Он оторвался от уха Дебры, куда шептал что-то явно непристойное, и недовольно посмотрел на Миранду.
– Какая разница? Вообще-то я разочаровался в браке, – проворчал он. – Не на свадьбе будет сказано.
– Правильно. Скажи лучше тост, – предложила Дебра.
– Что ж… – Рурк разлил по бокалам вино, плеснув Миранде на донышко, а Дебре – до краев.