После смерти императора страна погружается в хаос. Совет Шести отправляет магов огня за таинственную Стену, чтобы найти избранного, способного спасти королевство от гибели. Главная героиня готовится к опасному путешествию, но даже верный Родерик скрывает от неё важную тайну, которая может...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Академия хаоса. Когда рушатся стены» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
После смерти императора страна погружается в хаос. Совет Шести отправляет магов огня за таинственную Стену, чтобы найти избранного, способного спасти королевство от гибели. Главная героиня готовится к опасному путешествию, но даже верный Родерик скрывает от неё важную тайну, которая может...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После смерти императора страна погружается в хаос. Совет Шести отправляет магов огня за таинственную Стену, чтобы найти избранного, способного спасти королевство от гибели. Главная героиня готовится к опасному путешествию, но даже верный Родерик скрывает от неё важную тайну, которая может...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Совсем ненадолго, – успокоил он ее. – Эммет сделал мне шикарный гроб, а мастер Изергаст позвал меня с того света, и я не мог не прийти. – Эрт слегка повысил голос: – Ведь он запомнил мое имя! И произнес его целых три раза!
Миранда обвела взглядом их крохотный отряд, и ее глаза заблестели от слез.
– Джаф жив, – быстро сказала Арнелла, бросив предупреждающий взгляд на Моррена. – А Ника сорвало… Пойдем, я все тебе расскажу.
– Сейчас, – кивнула Миранда и, встав на цыпочки, поцеловала Моррена в губы. – Дома поговорим, – то ли пообещала, то ли пригрозила она.
Родерик едва заставил себя отпустить ладонь Арнеллы, провел ее взглядом. Как же ей рассказать? А вдруг она не обрадуется?
– С Арьей все хорошо, – сказал Эммет, подойдя к нему. – Не волнуйтесь.
– А с тобой? – спросил Родерик, повернувшись к парню. – Ты в порядке, Эммет?"
"– Ну, я сломал свой посох, – вздохнул он. – Да, мастер Адалхард, я в норме. Я желаю вам счастья.
– Спасибо, – искренне поблагодарил он. – А посох мы тебе сделаем новый, лучше прежнего. Можешь обговорить на кафедре артефакторики, они тебе налепят снежинок или еще чего.
– Но имейте в виду, если вы вдруг с Арьей поссоритесь, – нахально ухмыльнулся Эммет. – Или, допустим, умрете…
– Я его оживлю, – пообещал Моррен. – Иди уже в лазарет, Эммет Лефой. Там от тебя будет прок. И ты, ягодка, дуй следом. Делай все, что он скажет. Молча и беспрекословно.
Эрт нахмурился, но пошел с Эмметом.
– Ягодка? – донеслось до Родерика. – Больше не белобрысый зародыш?
– Что сказать, он выделяет меня из прочих, – небрежно ответил Эрт.
Патруль с постов уже вернулся, и Родерик с тяжким сердцем прошел мимо тел, укрытых черными покрывалами. Моррен тоже ушел в лазарет. Хоть друг и не любил возиться с ранеными, но мог заставить смерть отступить и задержать жизнь, висящую в этом мире на волоске.
Возле храма путников в горьком одиночестве сидел Киллиан Тиберлон, спрятав лицо в ладонях, и у Родерика сердце сжалось от боли. Он замер, не зная, что делать. Подойти? Утешить? Возможно ли это вообще?
– Достал! – выкрикнул Вилли, выбежав из-за плеча, и Родерик выдохнул, а сердце забилось как прежде. – Из императорских запасов! Самое лучшее!
Килли поднял голову и, посмотрев на Родерика заплывшим глазом, улыбнулся:
– Мастер Адалхард! Хаоса нет!
Родерик молча кивнул, а Вильям плеснул эликсир на платок и, присев, приложил его к рассеченной брови брата. Килли шикнул:
– Печет!
– Терпи, – приказал Вильям, обрабатывая ссадины, покрывающие его лицо. – А то нас будет слишком легко отличить.
– Тебе просто нравится рубашку задирать перед девчонками, – уличил его Килли. – И хвастаться шрамом.
– Так и есть, – легко согласился Вилли.
Родерик зашел в храм. Светильник, который он зажег сам, висел на прежнем месте.
