Автор
В ночи Высший Президентский Лицей покоится в спокойном сне. Я же, одетая в кигуруми цвета радужного единорога, наблюдаю за ним со своей высоты — крыши учебного заведения. Меня пренебрегают, и это обидно как черт из той самой конурки!
Не обращая внимания на мое отчаянное сопротивление, преподаватель сгреб меня за шкирку, в два шага пересек комнату, выволок на балкон и… швырнул за перила.
ГЛАВА 3
Убивец! Душегуб проклятущий! Да за разве так можно со студентками? Ну попортила я ему парфюм, с кем не бывает? Не обязательно же сразу человека с балкона выкидывать.
Или Красавин так мстил не только за Кельвина, но и за матрас, решив отправить меня вслед за ним?
С парашютом я однажды прыгала – было дело. Друзья так оригинальненько решили поздравить меня с совершеннолетием и… угробить нафиг! В общем, мне задарили сертификат на один прыжок – подшутить хотели.
Но я шутки не оценила, и пошла прыгать. Что могу сказать? Мне понравилось!
Но понравилось прыгать с большой высоты с парашютом. А не без него, как сейчас!
Меня охватила жуткая паника, но, вместе с ней я отметила, что лечу как-то слишком долго. Обычно такая вещь происходит за мгновения.
В одном из окон прыщавый первокурсник корпел над книжками. Что ж, дело полезное – ведь учение свет. Тут бедняга поднял голову и углядел меня. Я радостно ему помахала, и парень протер глаза и с совершенно ошалелым видом помахал в ответ.
После чего решительно захлопнул все свои книжечки и выключил торшер. Наверное, решил, что переучился, раз за окном мерещатся летающие девушки в кигуруми единорога.
Подо мной замаячил бассейн с плавающим в нем матрасом Красавина. Жалко, что он был не надувным. Вода очень красиво подсвечивалась сине-зеленым, мерцая в ночи, как огромный жидкий топаз.
И, надо сказать, благодаря некой замедленности моего полета у меня даже получилось перегруппироваться перед самым погружением. В воду я вошла четко и профессионально – ласточкой. Почти без брызг.
Вода была холодной. Такой холодной, словно я прыгнула с Титаника в Северно-Атлантический океан.
"Дна не было. А еще на глубине вода почему-то показалась совсем не мокрой. Зато она сверкала и искрилась вокруг меня, ослепляя этим сине-зеленым сапфировым сиянием. Вскоре к нему добавились и другие цвета: рубиновый, изумрудный, перламутровый, аметистовый, жемчужный.
