Автор
Я стояла в середине академии истинной магии, где каждое камнями и деревьями казались живыми и способными к чудесам. Вихри света танцевали под моими руками, но не всегда слушались. Здесь все мечтало о том, чтобы стать настоящей магистрой, хотя даже простые ритуалы вызывали у меня разочарование и сомнения....
Кто бы мог подумать…
Саламандра замерла.
– Полная огненная магия, говоришь…
Она неожиданно запрыгнула на мое плечо и обняла меня за шею.
– Я очень люблю тебя, Ариана! Очень! И всегда буду благодарна тебе за спасение, но…
Я сглотнула.
– Эгнис, к чему ты клонишь?..
Ее ответ был как гром среди ясного неба:
– Пожалуйста, откажись от огненной магии, она не твоя!
Ее слова были как гром среди ясного неба! Я хватала ртом воздух, а Тайлер и мои друзья и вовсе потеряли дар речи.
А саламандра глухо продолжила:
– Когда ты спасла меня на озере, я решила, что девочке, у которой водная магия – единственная, будет непросто жить в Фостерионе.
Очередное потрясение в этот поистине судьбоносный день… Единый, но как такое возможно?! Ведь я – старшая дочь лорда Стертона, я поступила на Первый факультет… и при этом огонь мне не родной?!
Но размышлять было некогда.
– Забирай!
Эгнис прыгнула на них, и меня затрясло так, что я едва могла стоять.
– Спасибо, Ари… – прошелестела саламандра, и мои ноги подкосились. Я бы упала навзничь на каменные плиты, если бы Тайлер меня не подхватил. – К сожалению, я больше не могу быть твоим фамильяром, но зато магию воды больше ничего не сдерживает! Покажите им всем, на что вы способны!
Красный туман начал рассеиваться, и я резко поднялась, высвободившись из объятий принца.
– На счет три!
Мы ударили одновременно. Бушующий огонь, намного сильнее, нежели раньше, бурлящий поток воды, воздушный вихрь и поднявшаяся земля устремились на Алтарь Смерти.
Вильфов путь, неужели все?!
Удивительно, но Эгнис оказалась права! Избавившись от огня, я так повысила уровень родной магии, что вода с громким всплеском перелилась через алтарь и намочила подолы наших с Делией платьев и брюки Тайлера и Томена. Мы с леди Оберфорт с визгом отскочили, а мужчины со смехом выругались.
