Ночь. В тусклом свете библиотеки скользит одна тень, искренне believing себя идиоткой, но благодаря уникальной способности рианов, теперь она может беспрепятственно заглядывать в запретные отделы. Академия — не просто место обучения, это особое пространство, где каждый студент обретает силу и знания, которых обычно недоступно обычным людям....
– Ты сказал, что не попросишь ничего страшного, – голос надломился.
– Что такого может быть в подарке? – Ориан открыл футляр."
"– Смотря какой подарок. – Рука сама потянулась к горлу. – Я не приму его, Ориан.
Широкий золотой обод, усыпанный мелкими рубинами так, что свет, отражающийся в них, скакал по потолку и стенам лаборатории алыми всполохами.
– Ты обещала, Лея, – напомнил он и, не дожидаясь моего согласия, надел кольцо на безымянный палец правой руки, словно…
Нет.
Ни насмешливый вид Ориана, ни откровенная двусмысленность не убеждали меня в том, что это всерьёз.
– Что это за кольцо, Ориан? – холодно отозвалась я, отходя на шаг, и даже не пытаясь снять кольцо. Догадывалась, что теперь это не в моей власти, ведь такого многообразия заклинаний не было даже на шкатулке.
– Это кольцо моей матери, – не стал скрывать Ориан, – его мой отец надел ей после обряда в храме.
– Что? – Какое счастье, что берилл всё ещё на мне, иначе с такими потрясениями от академии не осталось бы и камня.
Он не мог. Это же Ориан Оллэйстар – беспристрастный, справедливый и благородный ректор Академии контролируемой магии! Герой войны. Приближённый императора. Он просто не мог так поступить.
Ощущение надвигающейся катастрофы заставляло хватать ртом воздух, и я почувствовала, как темнеет в глазах. В общем-то, неплохой выход, но потерять сознание мне не дали.
– Лея, – прикрикнул Ориан, одним прикосновением возвращая меня в реальный мир. – Лея, прекращай комедию.
– Комедию? – неверяще переспросила я и оттолкнула его руки. – Ты рехнулся? Или считаешь, что теперь можешь, как Присли распоряжаться моей жизнь по собственному усмотрению? Как, вообще, тебе в голову пришло…
– Успокойся. – Он крепко прижал меня к себе. – Что ты напридумывала? – Ориан показательно поднял мою ладонь и снял кольцо, отбросив его на стол.
Лишь одинокий, дважды брошенный ребёнок, поймет, как мне хотелось забыть обо всём и раствориться в этих объятиях. В сильных и надёжных руках того, кто всегда защитит и поддержит, но…
– Ты прекрасно понимаешь, что это недоступная для меня роскошь.
