Брови Эммы взлетели вверх:
– Я, конечно, не самая примерная, – она запнулась, – родственница, но все-таки помню, у кого из вас было родимое пятно на щеке!
– Верно, – отозвалась я и полезла в шкаф. Эмма смотрела на меня со все возрастающим интересом. Я вытащила сыворотку, намазала щеку, и пятно исчезло. Губы Эммы расплылись в довольной улыбке:"
"– Ну умница, что еще сказать. Вот уж не думала, что кто-нибудь из вас и правда выучит наш язык и прочитает мою книгу. Но зачем ты так себя изуродовала?! Глаза, очки, волосы… и почему они разноцветные?
– Неужели забыла? – ехидно напомнила я. – У тебя же девять из десяти зелий бесполезные и выплескивают всякую гадость!
Эмма неожиданно расхохоталась.
– Демоны, и правда! Но сыворотка же есть! Она в самом начале книги была!
– Угу, а ингредиентов для нее нет! Точнее, есть, но мало! А когда я жила в доме отца, некоторые из них были на вес золота!
Бабуля нахмурилась:
– Ты этим дома начала заниматься? И как твой отец к этому отнесся?
– Плохо, – фыркнула я, – всегда был против.
– Даже не сомневаюсь, – Эмма покачала головой, – как был гадом, так и остался, – она насупилась. – Как ты думаешь, почему я не приезжала к вам? Милн был против! Я вас и видела-то всего два раза – когда родились и когда вам стукнуло лет шесть… И то ночью! Тогда и книгу по случайности оставила…
– Да, я тогда проснулась и слышала ваш скандал, – призналась я, – и в щелку подглядела, поэтому и знаю, как ты выглядишь.
– Твой отец – идиот, – припечатала бабуля, – но моя дочь – не лучше! Настоящая наяна, что с нее взять! Муж против – маму по боку! Ну, я и ушла… Зря, надо было тебя с собой забрать, так не отдал бы, демон побери эти законы!
– Видимо, она все-таки пошла по твоим стопам, – вздохнула я, – потому что сбежала, когда нам было восемь.
– Не может быть! – потрясенно воскликнула Эмма.
Пришлось рассказать бабуле нашу с Саной историю с самого начала, и почему я попала в Академию – тоже. Когда я закончила, Эмма молчала несколько минут, закусив нижнюю губу. А я любовалась ее внешностью – такой красивой наяны никогда в жизни не видела.
– Не верю, – наконец, произнесла она. – Не могла Катарина сбежать просто так, и по зову сердца не могла, да и был ли он у нее? Я, конечно, далеко не идеальная мать, да и воспитывала ее всего ничего, но поверь – она на такое не способна.
Я недоверчиво уставилась на бабулю:
– А наследственность?
– Ты меня упрекаешь, что ли? – вскинулась бабуля. – Тебе бы такого мужа, как твоей
дед!
– Богиня, не надо мне никакого, – быстро сказала я.
– Моя кровь, – довольно произнесла Эмма. – Так вот, даже самый восхитительный заезжий маг не мог бы увести твою мать из дома, могу заявить со всей уверенностью.