В душевно-агрессивной изрекании девушки Тани де Феар раскрывается атмосфера Академии магии. Клятва вредности, отраженная в словах молодой колдованки, сразу привлекает внимание и призывает читателей в мир опасных заговоров и диких битв заклинаний.
— Будь внимательнее, — сказал он коротко и отпустил, продолжая путь.
А как же его забота? А где утешения, все эти «Таяна, потерпи», «будь умничкой», «я тебе потом все расскажу», «не подверни ножку»?
Нет, ну я так не играю.
— Райден, а если мы там столкнемся с тем, что они хотят, мы будем пробовать? — прошептала, выставив щит от драконов.
— Таяна! — тут же отреагировал на использование магии Чоур.
— Простите ее, профессор, — вступился за меня душечка Райден, — ее чувства столь сильны, что нет сил сдержаться и не признаться в них, когда требует сердце.
Что?!
И я этого гада назвала «душечкой»? Да он... он...
Возмущенно посмотрела на потенциального смертника.
— Я про твое неиссякаемое любопытство, — шепнул он довольно.
— Смотри мне!
— А что, красавица, боишься влюбиться?
— Вся дрожу!
— Надеюсь, от страстного стремления вернуть мне должок?
Белобрысый откровенно насмехался надо мной! Идет тут, хохочет про себя, вон как плечи дрожат! Зараза сероглазая!
— И какой это должок? Напомни мне, инфарктно-сердечный друг? Что-то я от красоты твоей, доблести да удали молодецкой совсем памяти лишилась, — перешла на отвратительно-льстивый тон, не забывая говорить с придыханием.
— Так моральная компенсация же. У меня все записано. Катастрофа в столовой — пять поцелуев. Топнула ножкой — двадцать. Сбежала в ночь — пятьдесят.
— Почему ночь такая дорогая? — возмутилась я, вовремя не сообразив, что в моральной компенсации я ему отказала еще в столовой, притом решительно и твердо.
— Я волновался.
— Ну, это теперь твое нормальное состояние до возвращения в Сантор, — мстительно хохотнула я. — А поцелуи, извини, отданы другому.
— А ты уверена, что они ему нужны, Таяна? — сказал Райден тихо-тихо, так, словно нет никакого защитного купола и нас могут услышать. — Де Луар присматривает за тобой по личной просьбе твоего отца.
Тише прозвучало лишь треньканье разбитых иллюзий.
Но… может, он сказал так специально? Может.
Я посмотрела на двухметрового красавца-мага. Гордого. Смелого. Прирожденного лидера. Может ли он соврать девушке, которая ему нравится, чтобы получить возможность заполучить ее сердце?
У меня нет однозначного ответа. Я недостаточно его знаю. А интуиция. ошеломленно молчит.
— Смотрите! Темные земли! — с восторгом воскликнула Майя. — Святая Эйри! Они действительно темные.
