В душевно-агрессивной изрекании девушки Тани де Феар раскрывается атмосфера Академии магии. Клятва вредности, отраженная в словах молодой колдованки, сразу привлекает внимание и призывает читателей в мир опасных заговоров и диких битв заклинаний.
Он даже вступил в спор с преподавателями, когда те потребовали, чтобы мы наравне с остальными несли дежурства и держали защитные контуры. И выиграл.
Бодрствовать ночью я не люблю, так что за одно лишь это готова простить белобрысому многое.
— Ой, какая она красивая! — Майя приложила руки к груди. — Такой восхитительный розовый, как мои любимые турмалины.
Фиолетовые всполохи древней магии подсвечивали чешую драконицы, превратив ее в настоящее произведение искусства. Только гигантская статуя оказалась живой.
Кто-то сохранил ее в первозданном виде, оставив сознание в мертвом теле. А ведь это высший пилотаж!
Не зря говорят, что раньше и магический фон был чище и насыщеннее, и маги сильнее. Но лучшие из лучших погибли во время войн, а многие знания оказались утеряны.
То-то заучка Ян с таким энтузиазмом шагал в Темные Земли! У каждого здесь своя цель. У преподавателей и драконов — найти загадочный артефакт, у нас с девочками — скрыться от архов и выждать, когда гости нашего мира вернутся домой, у Яна — знания, у остальных парней — страстное желание побывать в загадочном княжестве, закрытом для большинства, и потом рассказывать об этом девчонкам, которым недостаточно поигрывания мускулами, еще беседы подавай.
"Пока все восхищенно любовались драконицей, я внимательно вглядывалась в лицо белобрысого.
Шипастая леди сделала глубокий вдох, от которого светлые пряди Райдена пришли в движение, и лишь затем обернулась к Чоуру, рассмотрела его внимательно.
Вся наша дружная студенческая компания в ужасе переглянулась, но ни преподавателей, ни драконов происходящее не смутило.
— Какая она грациозная, — восторженно прошептал Ульс. — Какие линии, движения. А посмотрите, какие очаровательные острые шипы на хвосте.
