Первое сентября 1907 года, и мы уже наслаждались первыми вздохами в Имперской академии магии. Аудитория напоминала амфитеатр, роль зрителей отводилась нам — студентам, преподаватель играл главную роль, провожая нас на первый курс. Женщина в белой мантии входила, и сразу стало ясно, что сегодня будет необычным днем для многих....
Также, пока Макаров был у нас в гостях, мы обсудили мою летнюю практику. Маме эта идея очень понравилась. Даже помолодевшему дедушке и бабушке (Долгоруковым) эта идея пришлась по вкусу. И только Ля Фисто услышав об этом скорчил лицо будто съел несколько лимонов. Из этого я сделал простой вывод: Анри ждал, что я проведу лето в Балакина, разбираясь в делах стройки.
И когда мы остались одни я попросил у него прощения за это.
— Всё нормально, Ярар. Будь у меня возможность получить уроки у одного из сильнейших магистров, я бы тоже не отказался.
В таких думах я добрался до Академии. Пока я шёл увидел, что впереди вместе идут Исаврийская и Романова. Я хотел к ним подойти поближе, но меня заинтересовал их разговор, ведь в нём фигурировало моё имя.
— Если бы я не знала Ярара, то подумала, что он злой гений! — сказала Романова.
— И не говори! Выставить всё так, будто Меньшикова сама решила разобраться со сплетницей, это дорогого стоит.
— Младший или старший? — спросила Романова, и заметив озадаченный вид подруги, а иначе как дружеской их беседу назвать было нельзя, пояснила: — Потому что я наблюдала картину, когда оба смотрели на то, как танцует Ярар со Светланой, и они с таким злорадством о чём-то шептались.
— Может тебе показалось? — спросила Ланель.
— Конечно, может. Не забывай, что старшему пошла седьмая сотня, а младшему — четвертая! Даже если бы все учителя в мире занимались моим обучением, рядом с этими двумя я ещё долгое время буду оставаться ребенком.
— Это ты так ненавязчиво намекаешь, что и я не смогла бы понять о чём они говорили? — задала вопрос Ланель, наклонив голову, чтобы посмотреть на Романову.
— Честно, — начала отвечать Романова, сделав небольшую паузу, — понимай, как хочешь. До смерти Талия Де Тьера наши рода состояли в одной фракции. А учитывая помолвку между Светой и Яраром, глава моего рода считает, что Тьер переметнутся на сторону императора.
— Настя, зачем ты мне об этом говоришь? — сузив глаза Ланель посмотрела на Романову.
— Скажу прямо, — ответила Романова. — Я уверена, что тебя сюда послали не просто так. И, скорее всего, Ярар является твоей целью. Так вот, я передаю слова своего главы: в случае необходимости ты можешь рассчитывать на нашу помощь.
— Даже с Меньшиковой? — почти сразу спросила Ланель.
— Да, — кивнув ответила Романова.
— Хорошо, — произнесла Ланель.
