Первое сентября 1907 года, и мы уже наслаждались первыми вздохами в Имперской академии магии. Аудитория напоминала амфитеатр, роль зрителей отводилась нам — студентам, преподаватель играл главную роль, провожая нас на первый курс. Женщина в белой мантии входила, и сразу стало ясно, что сегодня будет необычным днем для многих....
За тебя это сделал род! А лиши тебя поддержки рода, то кем бы ты стала?
— Будто тебе повезло меньше? — прошипела Романова.
— Не меньше, — спокойно тоном ответила Ланель, — но я не рассуждаю вслух о благе изнасилования дворянами простолюдинок. И уж поверь, я с твоей точкой зрения ни капли не согласна.
Я был немного удивлен словами Ланель. При многих её положительных качествах, мне порой сильно не нравилось, как она разговаривает со своими подданными. А сейчас я увидел, что у принцессы есть свои понятия чести, которые мне ещё предстоит понять.
Ланель, заметив, что подруга на неё начинает обижаться, постаралась сгладить этот разговор, сменив тему.
— Ярар, если не секрет, скажи, что от тебя хотела Волконская?
— Исцеления, — ответил я таким тоном, будто это было и так очевидно.
— А что с ней? — с удивлением спросила Романова.
— Думаю, всему виной заклинание вакуумного взрыва, — стал отвечать я. — Графиня после него лишилась слуха.
— Судя по тому, что она плакала, ты отказал ей? — спросила Ланель.
— Я согласен ей помочь, если она оплатит мои услуги, — ответил я.
— И что же ты с неё запросил? — вновь задала вопрос принцесса.
— Триста тысяч.
— И что, она отказалась? — я кивнул. — А как же Меньшиковы? — недоуменно спросила Ланель.
— Отказали, — ответил я.
Исаврийская остановилась, не веря в услышанное. Она посмотрела на нас, после чего продолжила путь.
— Что тебя так удивило? — спросил я.
— Просто поразилась тому, как красиво был слит один из когда-то великих родов.
Я хотел спросить о чём она, но мы уже подошли к столовой, где было не место вести такие разговоры.
Я уже собирался пообедать в спокойной обстановке, как до нас дошли крики от студентов, стоящих у стола с раздачей бесплатной еды.
— Началось, — произнесла Романова.
— Ты о чём? — спросил я.
— Никто не простит вызов на дуэль простолюдином благородного.
— Как-то это бесчестно, — произнесла Ланель. — Через несколько часов у него поединок, — она сделала паузу наблюдая затем как одного студента с огненного факультета окружили и методично наносят несильные удары по рукам и ногам.
Ланель посмотрела на меня и умоляющим голосом попросила.
— Ярар, ты можешь их остановить? Хоть парень и простолюдин, но, на мой взгляд, он имеет право вступиться за поруганную честь сестры.
