Первое сентября 1907 года, и мы уже наслаждались первыми вздохами в Имперской академии магии. Аудитория напоминала амфитеатр, роль зрителей отводилась нам — студентам, преподаватель играл главную роль, провожая нас на первый курс. Женщина в белой мантии входила, и сразу стало ясно, что сегодня будет необычным днем для многих....
— Никто не мог подумать, что вампиры смогут на такое решиться.
Орлов чувствовал на себе взгляды всех находившихся в столовой. Около минуты никто не произносил ни звука. Никто не хотел наслать на себя гнев императора, отца, брата, дяди и так далее.
— Рассказывай, князь Орлов, — процедил Александр V, — что тебе удалось узнать. А главное, я хочу услышать ответ, как Тьер, который, насколько я помню, имеет ранг младшего мастера, смог выжить там, где погиб архимаг!
Около десяти минут Орлов беспрерывно говорил.
— В лесу мы нашли пять небольших летающих парусников, на которых, вероятнее всего, и прибыли вампиры. Скоро их доставят в лаборатории ГРУ. Но уже сейчас можно с полной уверенностью сказать о том, что вампиры используют искусственные накопители. — И предвосхищая следующий вопрос, начальник разведки дополнил. — Искусственные накопители мы обнаружили в этих судах.
— Это, конечно, плохие новости, — взяв себя в руки сказал император. — Но меня сейчас волнует другой вопрос.
Немного подумав, Орлов ответил.
— Судя по следам на снегу, Тьер не мог видеть этого вампира. Мне кажется, что это ужасное стечение обстоятельств.
Император, дослушав ответ, опустил голову, и произнёс.
— Орлов, я даю тебе месяц на то, чтобы найти тех, кто виновен в смерти Меньшикова. Вампиров кто-то навёл на него. Найди мне его! Ты меня понял?
Орлову ничего не оставалось, кроме как кивнуть, после чего он наконец-то покинул помещение, где совсем недавно в спокойной обстановке обедала вся императорская семья.
Глава 22
Ближе к вечеру я наконец-то добрался домой. В особняке уже все знали, что на меня совершено нападение. Но только мужчины знали полную версию произошедших событий.
К моему удивлению, когда прибыл Орлов границ дозволенного он не нарушал. И вёл себя предельно вежливо.
Когда опрашивали меня он почти не задавал вопросов. Однако во время опроса выжившего воина он почти не замолкал.
— Ярраарр, — кинулась ко мне Элин, на лице которой всё ещё были видны слёзы. — Ты цел? На тебе кровь…
— Элин, успокойся, — схватил я её за руки, которыми она искала на мне раны. — Я всё-таки целитель, а не абы кто.
