Если искусственно повысить их зарплаты, другим ничего не останется, кроме как тоже начать платить больше. Но чтобы этого добиться, надо создать большое предложение работы. Мы должны сколотить состояние.
Он говорил об этом так, словно это легко.
Но я кивнула, принимая к сведению. В его словах присутствовала логика.
Мы замолчали, а рука Розенталя скользнула к моей, снимая ее с его плеча. Сжав, он поднес ее к своим губам и поцеловал кончики моих пальцев. Я вздрогнула, едва не выдернув ладонь. Я не привыкла к подобным ощущениям, когда внутри словно все переворачивается, будто ты сейчас летишь в каком-нибудь истребителе, что решил сделать в воздухе мертвую петлю.
Вдруг мы вновь призовем ту магию, что возникла в переулке? Надо быть осторожнее.
— Не переживай, я контролирую свою силу, — угадав мои мысли, сказал Александр.
— А в прошлый раз не контролировал?
— Я почти всегда держу ее в узде, но обычно она на поверхности, смешивается с аурой, а теперь глубоко внутри меня. Мое пламя не соединится с твоей водой.
— Хорошо. Надеюсь, ты не ошибаешься, — отозвалась, опуская колено с кресла.
Мой взгляд скользнул к часам на стене, что показывали третий час ночи. Даже для выходного уже было слишком поздно, следовало ложиться спать.
Но мне казалось, что утром все будет иначе, сложнее. Надеюсь, я просто надумываю.
Я отвлеклась, а Розенталю будто это не понравилось. Уже сейчас он вел себя как собственник и желал получить все мое внимание. Парень крепче сжал мою ладонь, а когда я вновь посмотрела на него, едва ли не повелительным тоном произнес:"
"— Поцелуй меня, Ева. Поцелуй так, чтобы я не думал ни о чем другом. Заставь меня забыться.
Какая странная просьба… Заставь меня забыться… До этого дня я вообще не знала, что поцелуи способны на это. Сколько открытий за одну-единственную ночь.
В эти темные часы Александр открывался для меня с иной стороны. Я видела за стеной силы его слабость. Думаю, он замечал то же самое во мне. Поразительно, насколько мы похожи и насколько порою упрямы, любим копаться в себе.
Воздух между нами будто дрожал и звенел от напряжения. Свободной рукой я провела по его груди, дотронулась шеи. Маг шумно вдохнул, реагируя на мои прикосновения. Сегодня я была смела, сегодня я делала то, чего желала. И не позволяла себе думать о причинах, по которым поступать так не следовало. Надоело. Мне и моей стихии, что пела в моем теле подобно флейте.
Сев на его колени, я провела рукою по темным волосам и все еще припухшими губами поцеловала Розенталя. Меньше страсти, больше настоящих чувств.
Потом мы долго разговаривали, просто наслаждаясь временем, проведенным друг с другом, и разошлись лишь под утро, когда я, уже сонно зевая, едва ли не засыпала, закрывая за огневиком дверь.