Я коснулась ушибленного плеча, и оно отозвалось болью — не каждый день кулем валишься на землю. Что это была за магия? Ведьма не хотела нам навредить, лишь обездвижила, чтобы сбежать.
Полог неожиданно приподнялся, и полоса света прорезала тьму, касаясь тканых стен, словно острое невидимое лезвие.
— Скоро еще? Нам долго ждать? — заглянул внутрь кто-то из студентов. Маг посмотрел на нас и резко опустил занавеску. Похоже, снаружи все еще стояла очередь из пар, что хотели получить свое предсказание.
Мы выбрались из шатра покачиваясь. Вроде хочешь идти ровно, а не получается. А магия незнакомки и вовсе сбивала с толку. Жутко понимать, что падаешь, но не в силах остановиться. Я потирала свое плечо, борясь с желанием приспустить свитер и осмотреть расплывающийся синяк. В том, что он обязательно появится, сомнений не было.
Мы уже несколько минут не говорили ни слова, переваривая ситуацию. Даже Мартин не шутил в своей привычной манере.
Оглядевшись, я прошагала к свободной лавочке, собираясь отдохнуть.
— Значит, точно не призрак… — прошептала себе под нос, вытянув ноги. Что ж, радует, что даже в этом мире мертвецы не могут перейти грань.
— Так ты ее встречала у себя дома? — заговорил Мартин, садясь рядом.
Я кивнула.
— Еще в первые дни. Она наболтала мне какую-то чушь и исчезла, — повторила я, ощущая себя полной дурой. Под маской в шатре точно была Магда, что же получается, консьержка меня за нос водила?
— Зря ты на ведьму бросилась. — Я посмотрела на Альбера, удивляясь тому, что он еще здесь. Еще и рядом ходит, топча все светящиеся цветы возле нас, будто вымещая на них злость.
— Да какая уже разница? Набросилась и набросилась. Я ее по голосу узнала, не удержалась, — отмахнулась. Все настроение ругаться пропало.
Я пригладила волосы, что успели разлохматиться.
Бездумно подняла взгляд и неожиданно увидела Розенталя с Леей и каким-то лощеным мужчиной.
«Отец Манселл», — догадалась я. Хотела сразу отвернуться, сделать вид, что не заметила, но не смогла. Мое внимание словно прикипело к ним. Огневик держал девушку за руку, даже улыбался, не говоря уже о том, как светилось лицо огневицы. От счастья.
А может, Лея и правда его любит? Невозможно так радоваться, не имея настоящих чувств. Да и Александр выглядит вполне искренне… Это сбивало столку. Либо я не могу трезво мыслить, либо искусство лгать и притворяться у него в крови.
¬— После двенадцати народу станет гораздо меньше, — сказал Мартин, доставая артефакт и протягивая его мне. — Пора отправляться на поиски.
Я взяла шкатулку, задумчиво повертела в руках. Символы больше не светились, да и металл оказался ледяным на ощупь.
— Что произойдет, когда мы будем рядом с ним? — спросила, чувствуя странную тяжесть в груди.