— Я подалась к нему.
— А контроль над магией разный. Точнее, у тебя его совсем нет, — обрубил мужчина, а я растеряла запал, задумавшись.
Он некоторое время молчал, а я вновь натянула на руки перчатки — пальцы окончательно заледенели.
— В академии тебе и так тяжело было совмещать много предметов, но после того, как ты пропала на полтора месяца, невозможно будет изучить программу за отведенный срок. — Я вопросительно посмотрела на ректора, и он продолжил: — Ты попаданка с уровнем элемента, помимо общих предметов, у тебя более углубленное обучение по стихиям. Учитывая все пробелы этого года, то не остается иного выхода, кроме как провести в академии вместо пяти шесть лет.
— Учиться на год дольше? — Меня совсем не обрадовала новость, но и каких-то сильных негативных эмоций тоже не вызвала. Если это необходимо, то потерплю.
— Да, и это не считая жизни у Хильды. Прямо сейчас ты представляешь опасность — создаешь неконтролируемые порталы и случайно можешь разнести ползамка, не справившись со своим даром. А учитывая силу, что вы сотворяете с Розенталем, даже ваши встречи рискованы. Об этой магии пока никому нельзя знать, — наставительно произнес мужчина. — И еще, мы сохранили в тайне от студентов то, что ты можешь создавать переход в другой мир. Нам ни к чему еще и нездоровое внимание попаданцев. Также, когда вернешься в академию, Главная гильдия столицы обяжет тебя носить отслеживающий артефакт. Но сразу успокою, он будет активироваться лишь на портальную магию.
— А когда я вернусь в академию? И до какого времени гильдия будет за мной следить? — Я больше не расстраивалась — понимала, что жаловаться на проблемы бессмысленно, как и убегать. Я просто их решу, пусть это и потребует времени. А потом вернусь, хотя и немного другой.
— Как Хильда убедится, что ты больше не испытываешь трудностей с управлением своим даром. А насчет последнего не знаю. Скорее всего, до окончания академии, да и после вряд ли тебе позволят создавать порталы на территории королевства без особого разрешения.
— Ясно, — сосредоточенно проговорила я, решив, что это дело точно не первостепенной важности.
В самом конце нашего разговора, поддавшись слабости, я спросила, могу ли передать письмо через главу. Но он отказал со словами о том, что я должна сосредоточиться на обучении здесь и ничто иное не должно меня отвлекать.
Больше ректор не приезжал… На эти два месяца я будто оказалась в изоляции, но Хильда говорила, что мне это на пользу. И если по-честному, то ее уроки и задания не оставляли мне свободного времени. Часто передо мной возникала дилемма: либо найти силы и поужинать, либо сразу лечь спать.
Единственным, кто регулярно появлялся в этом богом забытом месте, как ни удивительно, был Альбер.