Облокотившись на столешницу, я спросила:
— Но почему Альбер? И почему тогда ты сам не связался со мной?
— Он лучше подходил для этой задачи. Никто бы в здравом уме его не заподозрил. И ректор неплохо разбирается в людях. Наверное… Если честно, я до сих не понимаю этого выбора. Димитар не слишком надежен.
— Альбер вспыльчив и ценит вещи, которые могут его развлечь. И еще держится за тебя. Если честно, он напоминает ревнивую женушку, которая мстит мужу, что не уделяет ей достаточно внимания.
Розенталь хмыкнул.
— Звучит не очень.
— Но он правда будто тебя ревнует, сначала мстил, используя всех вокруг, а потом, почувствовав вину, помогал ректору и тебе. Даже не уверена, что изначально все дело было в Лее. — На первый взгляд мои рассуждения казались абсурдными. Но только на первый взгляд. — Знаешь, была у меня в детстве подруга, что ревновала к другой девочке и говорила: выбирай, либо я, либо она. Я, конечно, утрирую, но есть в Димитаре что-то от поведения той девочки.
Розенталь пожал плечами.
— Так почему ты не связался со мной? Мог написать записку хотя бы… Я этого совсем не понимаю.
Несколько секунд парень молчал.
— Мы долго ругались с учителем. Если честно, не помню, чтобы мы вообще доходили до такого. — Сглотнув, он передал мне чистые кружки. Наши пальцы на мгновение соприкоснулись. — Но в конце концов я пообещал… Ева, он практически воспитал меня, и я почувствовал себя обязанным.
Я молчала. Потом, услышав, что вскипела вода, отставила чайник в сторону. Вроде бы и злилась, но, с другой стороны, кажется, понимала. Итан Келески очень многое сделал и для меня. Этого хватало, чтобы я испытывала благодарность, а Розенталь имел куда более глубокую связь с ректором академии.
— И зачем столько секретности? Какой смысл оставлять меня в неведении?
— Ты стала прикладывать больше сил к тренировкам, обучалась усерднее, чтобы скорее вернуться назад. Недовольство мной заставило тебя собраться. Ты ведь хотела вернуться, чтобы разобраться, но что бы ты делала, Ева, если бы все твои опасения насчет меня сбылись? — Маг посмотрел на меня с интересом, он очень хотел знать ответ.
— Ты про свадьбу с Леей? — спокойно, но холодно уточнила я. — Ничего бы не делала, Александр. Это был бы твой выбор. А я и без тебя не пропала и не пропаду. У меня на будущее слишком много планов, чтобы сходить с ума из-за парня.
Огневик чувствовал, что я не вру. Ложь между нами неуместна.
Но я промолчала о самом главном — о том, что осталось бы глубоко в душе. О боли. Мне бы определенно было больно. Но сколько людей идут по жизни и даже улыбаются, пока проживают ее до конца…
Парень вдруг криво усмехнулся:
— В этом мы отличаемся друг от друга.
— В чем?
— Я даже не допускаю того варианта, что мы будем порознь, Ева. Просто не представляю.