— Я устала, — протянула я, приваливаясь к плечу Розенталя, что остановился у подоконника. Совсем скоро нам предстояло разойтись — каждому по своим занятиям.
За что я ценила Александра, — и за что порой безумно на него злилась, — практически всегда он оставался сильнее меня. Это вызывало досаду в определенные моменты, а в другие позволяло вот так опереться и не думать ни о чем.
Казалось, я только сейчас распробовала это выгодное качество и извлекать пользу.
— От тебя такое редко услышишь, — негромко заметил он.
— Ну, тренировки по турниру становятся все чаще, а сам он ближе, не говоря уже об утренних экзекуциях с ректором… И не только это. — Я запнулась, решив, что не следовало столько жаловаться.
Впереди предстояли разборки с отцом Александра. И не хотелось, чтобы стихийник во мне усомнился, хотя подозреваю, выбора у него больше не оставалось. Шаг назад не сделать. В последние дни огневик готовил новую порцию магических камней к отправке — советник Его Величества оказался достаточно требовательным, изучив качество колдовских вещей, он заказал еще, правда, за это уже обещали достойную плату.
Пока что все складывалось нам на пользу, но самое тяжелое ожидало нас в будущем.
Ладонь Розенталя нашла мою, пальцы переплелись, и он отодвинулся, повернувшись и встав прямо напротив меня. Опасно близко. Его бедра прижались к моим.
— Эй! Не в академии, — возмутилась я, пытаясь его оттолкнуть, но обе мои руки были захвачены.
Я оглянулась по сторонам, боясь, что по коридору идет какой-нибудь незадачливый студент или, еще хуже, преподаватель. Обжиматься на глазах у других я считала моветоном — ты будто позволяешь всем вокруг заглянуть в свою душу. Все эмоции нараспашку.
Причем, чем сильнее становились мои чувства, тем серьезнее я к этому относилась. Например, если кто-нибудь застал бы тот поцелуй с Альбером, меня бы вряд ли это тронуло, ведь для меня тот случай ничего не значил. Разве что стоил испачканных губ.
Но Александру нравилось меня смущать, он нагло заявил, что в эти моменты я выгляжу крайне мило, а подобное случалось редко.
— Я всего лишь тебя обнимаю, — прошептал он, мимолетно, будто случайно касаясь губами щеки.
— Я могу всего лишь тебя ударить, — пригрозила ему и, едва успев закончить фразу, услышала отзвуки чужого разговора.
Кто-то шел в нашу сторону."
"Я завозилась, пробуя высвободиться и гневно сверкая глазами на Розенталя. Лишь за секунду до появления студентов он отшагнул от меня со снисходительной улыбкой на лице, чинно встав рядом, спиной к окну и плечом к плечу со мной.
«Он определенно стал чаще улыбаться…» — заметила я, пихая его локтем в бок.
— Это очень весело, — прошипела я, скользя взором по его рукам, что вновь упирались ладонями в подоконник.
— Очень.