И когда мы спустились вниз по трибуне и вошли в полутемный коридор, ведущий за пределы тренировочной площадки, рука огневика неожиданно нашла мою. Сжала. Сильно, вызывая быстрые мурашки по телу. Я посмотрела на парня, всем видом спрашивая, что на него нашло, но он просто разомкнул пальцы и промолчал.
Наконец мы пришли к ровной глади озера, слегка мерцающего и невольно заставляющего вспоминать, что именно его воды привели меня в Церент, Дав мне задание атаковать огневика не жалея сил, магистр Бром спешно удалился — над полем внезапно замерцал и затрещал защитный купол, в который один за другим врезались куски земли.
— Ева, что тебя разозлило? — разминая шею, лениво спросил Розенталь, стоило нам остаться наедине.
— Да так, узнала кое-что не очень приятное, — уклончиво ответила я, решив оставить все разговоры, пока не закончим тренировку. — Не бери в голову.
Я сняла обувь и быстро вошла в воду, чувствуя, как стихия внутри сразу откликнулась, а по телу разлилась сила. Словно кто-то убрал все преграды. Прикрыла глаза, наслаждаясь приливом энергии. Как же незаметно и стремительно я стала зависеть от колдовства.
— Ты кое-что забываешь, Ева, — раздался глубокий голос огневика, и следом послышался всплеск воды. Он тоже снял обувь и даже закатал рукава, обнажив крепкие запястья.
— И что же?
— Магия не только в тебе. Она везде. Ты не связываешь свою внутреннюю силу со всем тем, что снаружи. Вода всюду: в земле, в растениях, в воздухе и даже в тебе самой. Хотя с последним стоит быть осторожнее. Ты не можешь воздействовать изнутри на других существ, в которых теплится колдовство, но на саму себя — вполне. Поэтому лучше даже в мыслях не допускать этого. — Александр подошел вплотную и положил руку на мой живот. — Из-за того, что сама до конца не осознаешь свою стихию, ты используешь ее лишь на эмоциях или вот так, стоя в воде. Тактильные ощущения позволяют тебе поверить в ее реальность.
— Хорошо. Кажется, я поняла, — пробормотала я, задумавшись над его словами.
Рука парня скользнула вверх, и я почувствовала, как его пальцы коснулись моих волос, заплетенных в высокий хвост.
— Мягкие… — лишь прошептал он и быстро отстранился, на ходу самодовольно говоря: — Нападай. Посмотрим, на что ты способна.
Прошел почти час, и все, что я сделала, — это лишь слегка обрызгала Розенталя. Прямые атаки оказались бесполезны, стена из огня, того самого, магического и неистового, не подпускала мою стихию к парню.
— Это все, что ты можешь сделать, Ева? — насмешливо приподнимал брови маг, а я понимала, что он провоцирует меня, и, наоборот, старалась оставаться спокойной.
Вернувшийся магистр некоторое время внимательно понаблюдал за моими жалкими попытками, пока наконец совершенно бесцеремонно не заявил:
— Позли ее. Пусть придет в ярость.