В Академии надежды начинается новый семестр. Голубые глаза преподавателей и студентов светятся знанием и теплом. Здесь каждый, будь то бедный или богатый, имеет шанс изменить свою судьбу с помощью учителей и сверстников.
Особой радости я не испытывала, в отличие от моей новой знакомой, которая едва ли не летела на полигон. Надо отдать ей должное, меня не бросила, фактически тащила на себе. Сильна.
Трибуны были заполнены зрителями. Я удивилась: откуда взялось столько посадочных мест?
– Тереза, это магия? – шепотом спросила, чтобы не опозориться в случае чего.
– Где именно? – не поняла меня девушка.
– Трибуны. Их не было, когда мы здесь тренировались, а за ночь воздвигнуть нереально…
– А, это… – Тереза развеселилась. – Нет, не магия, скрытые механизмы, взятые из какого-то закрытого техногенного мира.
– Значит, я не сошла с ума, – облегченно выдохнула и заняла место в первом ряду, пока еще были свободные. Сбоку примостилась Тереза. До обещанного грандиозного зрелища оставалось минут пятнадцать.
– Так и думал, что найду тебя здесь, – шепнул Сьерт, присаживаясь рядом. Бросил испытующий взгляд на Терезу, тоже с интересом его разглядывавшую, после чего протянул руку и с самой лучезарной улыбкой, на какую был способен, представился: – Сьерт. А как имя прекрасной незнакомки?
– Тереза, – залилась румянцем девушка. – Ты проверял свой уровень? – не упустила возможности спросить. И все же зачем ей знать наши уровни? Наверняка что-то задумала.
– Да, только из канцелярии.
– А какая у тебя основная стихия? – Затаив дыхание, Тереза с нетерпением ждала ответа.
– Вода. – Я заметила, какой радостью зажглись ее глаза.
Позади нас раздался шорох, народ занимал свободные места. Я ощутила теплое дуновение. Повернув голову, непроизвольно улыбнулась. Нойра и Суорт, разместились как раз за нами. Сделав вид, что поправляю косу, едва заметно помахала, в ответ прилетел тихий смешок. Мой маневр заметили.
Все тут же успокоились, когда на полигоне сначала ярко вспыхнула пентаграмма и словно из воздуха стали появляться студенты.
– А почему их пять? Стихий-то четыре, – удивилась я.
