В зловещей атмосфере академии отмороженных офицеры выбирают того, кто останется у командира, готовясь к невероятным приключениям. Здесь каждому свой план – и враги, и друзья превращаются в соперников, когда победа зависит не только от стратегии, но и от личной решимости каждого участника....
Узнав о том, что важный подследственный, от работы с которым напрямую зависела дальнейшая карьера блюстителя закона, неожиданно решился на признанку, следователь тут же бросил все дела и на такси примчался в изолятор.
Спустя еще полчаса Корчагин вернулся в камеру. И вновь, как и утром, с полной пачкой сигарет. Только на этот раз не «Парламента», а «LM». Следователи жили хуже адвокатов. И снова никому ничего не сказав, он лег на койку, отвернувшись к стене, а сокамерники набросились на курево.
* * *Понедельник, 27 сентября
Сургин, попрощавшись с женой, прибыл в аэропорт Шереметьево к 7-00.
— Пройдем в мою машину, — предложил генерал, — вон она во втором ряду стоит.
Потапов с Сургиным сели на заднее сиденье просторного и уютного салона «Мерседеса».
Потапов передал Сургину кейс:
— Здесь деньги и все необходимые документы. В дальнейшем паспорт тебе не потребуется. Беглецам из СИЗО его не выдают. Две фотографии семьи Корчагина вместе с тобой. Это, естественно, монтаж, но весьма высококлассный.
Генерал неожиданно и как-то тяжело вздохнул.
Андрей, взглянув на часы, спросил:
— Вас что-то беспокоит, Николай Викторович?
Потапов повернулся к майору:
— А тебя нет?
Сургин пожал плечами:
— Да вроде нет. Пока!
— Вот именно, что пока! Чувствует мое сердце, не все по нашим правилам пойдет в этой игре. Поэтому и посылаю тебя на задание с тяжелой душой.
Андрей улыбнулся:
— Бросьте, генерал! И когда у нас игра проходила исключительно по нашим правилам? Противник практически всегда преподносил сюрпризы.
— Да?
— Если… если что, Риту одну не оставьте! Помогите ей!
— Ну, о чем ты, Андрей?
— О том же, о чем и вы! Ваш пессимизм заразителен.
— Удачи тебе, Андрей!
— Спасибо! Надеюсь, вы позаботились о том, чтобы я беспрепятственно миновал контроль со ста штуками баксов?
— Естественно. Да, забыл совсем. В боковом отсеке чемодана твои командировочные — двадцать тысяч.
