— Даже не пытайся, Ройс!
— Да не нужно так переживать! Пойми, даже если это и произойдет, то я не буду ни о чем жалеть, зная, что в наш мир вернулась та, о ком уже никто не мог даже и мечтать! Ты это понимаешь, Дарина? Я не буду жалеть о том, что потеряю свои силы!
— Ты? О, ну конечно, ты-то не будешь! — гневно прошипела я, точно разъяренный Хок. — А я? Ты обо мне подумал? Ты хоть представляешь, каково будет мне знать, что по моей вине ты лишился своих сил? Ты понимаешь, что если твои надежды не оправдаются, я останусь виновной в том, что в тебе больше не будет магии?
— Я не…
— Вот именно, что ты не! Не подумал, Ройс! Ты просто не подумал! Я же никогда не смогу простить себя за то, что с тобой случится! Никогда!
— Дарина…
— Не надо! Вот просто не надо! — покачала я головой. — Не нужно пытаться меня переубедить — все равно не выйдет!
— А если я поклянусь тебе, что как только почувствую, что не справляюсь, сразу же остановлюсь. Сразу же, чтобы не случилось непоправимого?
— Ты издеваешься? — опешила от его напора.
— Почему? — удивился он.
— Да потому что это форменное издевательство! Я только что сказала, как отношусь к твоему предложению лишиться магии, а ты все равно настаиваешь на своем! Это, Ройс, называется издевательством!
У-у-ух, какая я злая! Нет, я просто в бешенстве! А если бы я не поинтересовалась о том, чем ему может грозить данный эксперимент? Он ведь даже и не сказал бы мне об этом!
У-у! Гад белобрысый!
— Хочешь, я поклянусь, что сразу же остановлюсь, если почувствую неладное? — Хмуро посмотрела на него исподлобья, плотно сжав губы и складывая руки на груди. — Просто пойми, я лучше попробую и буду знать, что ты заклинатель, чем не попробую и потом всю жизнь буду себя корить в этом. Ты в любом случае не пострадаешь, Дарина, а вот я… моя душа будет спокойна.
— А теперь пойми и ты своей глупой, белобрысой головой, Дэн, — прорычала я, не в силах успокоиться, — я не прощу себя…
— Я не зайду слишком далеко, просто потому, что дам клятву остановиться, если потребуется. И ее я уже не смогу нарушить. И мы оба не пострадаем. — Заверил меня Дэн, снова подойдя ближе и приобнимая руками за напряженные плечи.
— Для тебя это так важно — узнать, кто я такая? — заглядывая в его чистые, точно арктический лед, глаза.
— Ты даже не представляешь, насколько, — кивнул он, тепло мне улыбаясь.
И я сдалась:
— Хорошо, но если ты и правда принесешь клятву, что остановишься, чтобы не пострадать. В противном случае можешь даже не рассчитывать на мое согласие.
— Конечно, — довольно кивнул он, отходя от меня на пару шагов и быстро отворачиваясь.
И вот что-то глубоко внутри меня не дает успокоиться, не дает уловить какую-то деталь, какую-то мелочь, которая, несомненно, была важной…
Что-то я упустила.