На островах Забвения, где каждый прячет свою тайну за ширмой невинности и элегантности, я встретила парня с глазами страстной мечты. Его слово "я жалею" привело меня в восторг и гнев одновременно, раскрывая маску лицемерия. Атмосфера островов затуманивала реальность, окуная нас в глубины сложных чувств и загадочных тайн....
— Хватит! Я никого из вас не выбираю! — не вытерпев, выкрикнула во весь голос.
— Что у вас происходит? — в комнату влетела Селена с полыхающими зеленью глазами. — Оба, вон! — девушка указала на дверь, — Быстро! Иначе я устрою вам такую взбучку, что до смерти помнить будете!
Весьма убедительная угроза Селены, похоже, охладила и Марка, и Алана, да так быстро, что парни буквально через секунду смылись из комнаты.
Я закрыла глаза и принялась пальцами потирать виски. Много… очень много эмоций и переживаний за один день.
"— Им что, моча в голову ударила? — выдохнула Селена.
— Не знаю…
— На вот.
Я открыла глаза. Девушка держала в руках мою форму.
— Одевайся, приводи себя в порядок. Ректор ждёт тебя в кабинете.
— Из-за того, что случилось на полигоне?
— И да, и нет. К тебе действительно приехали.
Внутри снова всё сжалось, скрутилось от тревоги. Дыхание стало поверхностным, а лоб покрылся испариной.
Ощущения обострились, когда я, открыв дверь ректорского кабинета, встретилась с тем самым мужчиной в плаще.
— Я оставлю вас, — едва слышно произнёс Максимилиан Морис.
Проводив ректора взглядом, я вновь уставилась на своего “любимого” родственника.
— Зачем вы приехали?
— Забрать тебя, — голос дяди треснул, надломился и застыл в окружении пробирающего до костей холода.
— А если я не хочу уезжать? Тем более с вами, — сурово отчеканила я.
Хочет меня забрать? Вот уж нетушки!
— Мне кажется, у тебя просто-напросто нет выбора, — дядя прищурился, неотрывно следя за каждым моим движением.
— Может уже хватит ходить вокруг да около? — я специально сделала вид, что не понимаю его. Хотелось услышать, что же он ответить на это.
Дядя тяжело вздохнул и ничуть не смутившись, вольготно уселся в ректорское кресло.
Я фыркнула. Нет, он в своём репертуаре: не сморя на то, что находится на другом конце Континента, ведёт себя как дома.
— Эва, мне кажется ты сама всё отлично понимаешь. Поэтому…
— Что вас связывало с моей матерью? — выговорила я, едва сдерживая злость. Ладони рефлекторно сжались в кулаки, дыхание застыло в груди, превратившись в морозный синий туман.
— Я любил её, — охрипшим голосом ответил младший лорд Кроу.
Называть его дядей у меня язык не поворачивался.
— А она… она любила вас?
Лорд не ответил, опустив сконфуженный взгляд к столу.
