В небесах падает дождь, заставляя трещать по крышам и забарабанивать по каштановым листьям. Мужчина суетится у окна, прислонившись спиной к раме, стараясь не промочить нижнюю часть пальто. Его внимание куда важнее: он подслушивает в тихой комнате за соседним домом.
И пускай он мастерски скрывает свою истинную суть под масками, но его я полюбила именно таким — ненастным. И другого мне не надо.
— Уснула? — шепотом уточнил феникс.
Я лишь кивнула.
Уложила малышку в кроватку, оставив на попечение Энжи, которая, проникшись возложенной на нее миссией, ныне часто разгуливала по дому в облике миниатюрной кенгуру, а вернее, местного аналога этой зверюшки. От привычной для меня уроженки Австралии она отличалась повышенной шерстистостью, круглыми ушами, как у панды, и передними лапами, практически напоминавшими по форме человеческие ладони.
Энжи заверила, что не стоит волноваться за Бьянку, и мы отправились в храм.
Уже сидя в карете, я все же решилась задать давно мучивший меня вопрос:
— А как ты догадался о Бьянке?
— По твоему взгляду. У тебя был взгляд матери. А отнимать ребенка у женщины, которая считает его своим… К тому же я хочу, чтобы у нас в доме было много детей, и если среди них окажется одна юная приемная вампиресса — ничего страшного.
— А ты не торопишь события? Мы же еще не женаты!
— Скажу больше: мы даже еще не помолвлены, но это не помешало мне неделю назад стать будущим папой.
Я закашлялась:
— Прости?
— Извини, я думал, ты знаешь. — В голосе Дэна не было ни капли раскаяния. Дальнейшие его слова лишь подтвердили, что этот несносный феникс форменным образом надо мной издевается. — Когда двое проводят ночи вместе, появление третьего — лишь дело времени. В нашем случае оказалось, что недолгого.
— Нет, откуда берутся дети, я тебе и сама могу рассказать.
— Лучше покажи, — попытался сбить меня с мысли Дэн.
— Я про другое: откуда ты знаешь?
— У тебя сдвоенная аура.
После такого заявления в храм я входила задумчивая и погруженная в себя. Да и сама церемония, когда Альт произносил слова отречения, прошла мимо меня.
Опомнилась я, уже выходя из храма под руку с Вердэном. На крыльце стоял Эрвин. Взгляд боевика буквально впился в мое левое запястье, где сейчас не было брачного браслета.
Вот только увиденное его не обрадовало: хотя моя рука и была ныне свободна (во всех смыслах этого слова), но пальцы — переплетены с пальцами Дэна.
— Значит, ты выбрала его? — прозвучало вместо приветствия.
Букет цветов, прижатый к груди Эрвина, казался лишним и жутко неуместным.
Я почувствовала, как Вердэн, внешне спокойный, весь словно напрягся для броска.
— Да. И знаешь, я в чем-то тебе благодарна. Не пересекись наши пути, не было бы меня сегодняшней.
