В зыбком свете Эгейского моря скрывается тайный контейнер, а вертолет полиции суетится в непонятных целях. Угрюмый наблюдатель готовит кадр для доклада, но предчувствие несет в себе больше опасности, чем легкая подозрительность.
Похоже, «Акция прикрытия» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Унылый как ни в чем не бывало продолжает коптить небо, а одну из лучших «торпед» ГРУ сожрали настоящие черви.
– Помянем нашего друга и сделаем выводы на будущее...
Плеско пригубил рюмку и поставил ее на стол. Он не пил, ссылаясь на язву, которая у него действительно завелась лет семь назад. Впрочем, он с молодых лет был трезвенником; сказывалось строгое семейное воспитание.
Трапеза проходила в небольшом банкетном зале частного ресторана, охрану которого обеспечивал вышедший недавно на пенсию майор Сивков. На всякий случай служба внутренней безопасности оперативного отдела проверила помещение, убедившись в обещанном Сивковым отсутствии микрофонов и поставив волновую блокаду.
"Теперь двенадцать оперативников чувствовали себя в уютном, богато обставленном банкетнике вполне комфортно. Они расслабились, распустили галстуки, приняли непринужденные позы. Казалось, что выпитое не сказывается на их состоянии. Но быстрый официант в черном смокинге исправно подносил литровые бутылки взамен опорожненных, и постепенно алкоголь сделал свое дело.
– Я с Василием в каких только переплетах не бывал, – завел Карл обычную в таких случаях песню. – Раз – на военно-морской базе в Штатах... Надели скафандры – и в титановую цистерну с окислителем ракетного топлива.
За спиной у Карла было много сложных и опасных операций, но вспоминал он всегда только одну, оставившую неизгладимый след в его маловпечатлительной душе.
– Сколько продержится скафандр – не знаем, когда удастся выйти – не знаем... Сидим, ждем. Думаю только: быстро или медленно? Вдруг по струйке начнет просачиваться?.. Потом остановка, КПП.
После смерти напарника Карл по своей инициативе хотел прикончить Унылого, но случай этому помешал. Потом, уже по приказу, Карл его охранял. Но стоило «торпеде» напиться, как темное чувство мести начинало жечь могучее тело изнутри.
– Я его все равно сотру.
