Автор
В лабиринтах шумного ночного клуба "Реванш", Каризма пряталась за зеркалом, наблюдая происходящее - красавца в белой футболке и его партнершу. Внутренний мир главной героини Каримы омывается дымом от сигарет, мелодиями танцевальных музыкальных сессий и незримыми взглядами прохожих - все вокруг создает атmosферу разделяющейся реальности....
Ее для меня больше не существует.
– Тиджей, ты же знаешь, что всегда можешь со мной поделиться чем угодно? – тихо интересуется Эбби.
Грустно усмехаюсь.
– Эбс… – я отрицательно мотаю головой. – Рид тебе рассказал?
Эбби вдруг вскидывает брови.
– Ух ты, – выдыхает она. – Все очень плохо. Ты назвал Рида Ридом. Не «тупым качком», «придурком» или «гребаным хоккеистом».
С моих губ срывается смешок.
– Тиджей…
– Я просто не понимаю, как вообще это все возможно, Эбби. Чувствую себя героем «Постучись в мою дверь».
– «Постучись в мою дверь» закончился хеппи-эндом.
– Значит, «Игра престолов».
– То есть ты видишь себя Дейенерис?[40] Закатываю глаза:
– Да. Я мать драконов. По мне разве не скажешь?
Она издает смешок, а затем садится рядом:
– Вам нужно поговорить.
– С Джоном?[41] Я не могу. Он меня убил.
Снова смеется.
– Я рада, что ты шутишь. Это хороший знак, – она улыбается, а я отвожу взгляд к окну, чтобы скрыть от нее всю свою боль. – Через три часа у меня будет открытый урок в школе фигурного катания.
Молчу.
– Морган?
– Да, наверное, хочу… Не знаю. Я просто… не могу осознать, что она моя дочь. И что Джес так поступила.
Эбби закусывает губу и с сожалением смотрит на меня:
– Ты должен ее понять.
– Нет, ей я ничего не должен, Эбс! – я теряю самообладание. – Если бы тогда я узнал, что у меня будет ребенок, то относился бы к жизни иначе. Я бы не превратился в такого ублюдка, каким являюсь.
– Ты не ублюдок.
– Ублюдок.
Зажмуриваю глаза и вцепляюсь пальцами в волосы.
– Один парень как-то сказал мне, что мечтает о жене, которой сможет посвящать песни, о детях, которым он будет петь колыбельные, и о большом доме в стиле ранчо, где будет собираться вся его семья у костра. Теперь все это более чем реально. Теперь все это может у тебя быть.
Вспоминаю, как признался ей в этом, сидя на багажнике машины на Голливудских холмах, и улыбаюсь, что она помнит.
Я правда этого хочу. После потери семьи я осознал, что нет ничего важнее таких мгновений.
* * *"
"Посреди хмурого неба сверкает яркая молния, словно разрезая его пополам. Я сижу на въезде на подвесной мост Винсента Томаса и смотрю вниз, на воду, в которой растворяются капельки моросящего дождя. Они стекают вниз и по моей джинсовой куртке, которая уже насквозь промокла. В моих руках бутылка виски, но я до сих пор ее не открыл.
