Автор
В лабиринтах шумного ночного клуба "Реванш", Каризма пряталась за зеркалом, наблюдая происходящее - красавца в белой футболке и его партнершу. Внутренний мир главной героини Каримы омывается дымом от сигарет, мелодиями танцевальных музыкальных сессий и незримыми взглядами прохожих - все вокруг создает атmosферу разделяющейся реальности....
Я уверен, что она сделала это не ради себя. Она сделала это для Лизи. Ты бы смог отказаться от своей мечты? Смог бы пожертвовать всем ради ребенка, как сделала это она?
Молчу, пытаясь переварить слова Джера. И, возможно, в чем-то малец прав.
Вот только она не знала, кто отец, потому что переспала с нами обоими за одну ночь. Дерьмо, я спал и с пятью девушками за одну ночь. Я, значит, альфа-самец теперь, а она шлюха? Нет, бред.
Джессика права, не мне ее судить. Я делал ужасные вещи, а она… она была юна.
Дьявол, я сейчас что, ее оправдываю? Любовь превратила мой мозг в маршмеллоу.
– Когда ты успел стать таким умным? – интересуюсь у Джера.
– Я не умный. Просто ты тупой.
Закатываю глаза.
– Поговори с ней. Честно, понятия не имею, что ты сейчас чувствуешь, но то, что ты ее избегаешь, никак не поможет решить проблему, – произносит он и поднимается на ноги. – А теперь погнали домой. У меня уже вся задница промокла и замерзла здесь сидеть.
Усмехаюсь и вслед за Джереми сваливаю с моста.
Глава 36
Julia Michaels – All Your Exes
Джессика
Как я люблю свою кровать.
Не помню, говорила ли я когда-нибудь ей об этом.
Наверное, нет.
И мне очень жаль.
Она просто идеальная.
И идеально мне подходит.
Не знаю, что бы я без нее делала эти четыре дня.
Лежала бы на неудобном кожаном диване в гостиной?
Вот еще, в двадцать пять мне не хватало остеохондроз заработать.
Вы наверняка думаете, что у меня поехала крыша. И я полностью с вами солидарна.
– Милая, ты не спишь? – раздается голос мамы сквозь приоткрытую дверь моей спальни, и я вдруг вспоминаю, что Рид попросил ее прилететь из Квебека.
– Я мертва, – уткнувшись в подушку, произношу я.
Чувствую, как подо мной прогнулся матрас, и догадываюсь, что мама села рядом.
– Джессика, ты не встаешь с постели уже четыре дня.
– Я встаю пи́сать.
– Ты ничего не ешь и не пьешь.
– Мертвецы не едят и не пьют.
– И не писают. Но ты же писать встаешь.
Стону в подушку.
– Эбби с Ридом забрали Лизи на выходные, и я хотела поехать к ним, но решила остаться с тобой.
Отрываюсь от подушки и смотрю в ее взволнованные глаза:
– Все в порядке, мам. Езжай.
– Я не оставлю тебя одну, – упрямится она.
– Я не одна. Со мной моя кровать. И подушка, – быстро произношу я, а затем, грустно улыбнувшись, добавляю: – Идеальная компания на вечер.
Мама наклоняет голову и поджимает губы:
– Сейчас утро, милая.
Черт.
– Не хочешь рассказать, что произошло?
Отрицательно качаю головой.
