Автор
В лабиринтах шумного ночного клуба "Реванш", Каризма пряталась за зеркалом, наблюдая происходящее - красавца в белой футболке и его партнершу. Внутренний мир главной героини Каримы омывается дымом от сигарет, мелодиями танцевальных музыкальных сессий и незримыми взглядами прохожих - все вокруг создает атmosферу разделяющейся реальности....
Петь колыбельные и после бессонных ночей забирать из твоих рук ребенка, чтобы ты могла немного отдохнуть и поспать. Хочу быть твоей поддержкой, твоей опорой, твоим партнером. Хочу быть рядом. Каждую секунду каждого дня. Дьявол, Джес…
Джессика обхватывает мое лицо ладонями, и я вижу, что в ее глазах стоят слезы.
– Да, – шепчет она. – Да… всегда да. Что бы ты ни спросил, моим ответом до конца наших дней будет «да».
Она притягивает меня к себе для поцелуя, снова заставляя меня испытывать тот океан эмоций, который, казалось бы, так сильно прочувствовать уже просто невозможно.
Каждым прикосновением мы вновь и вновь лихорадочно доказываем друг другу, что нет ничего важнее нашего счастья. Каждой лаской и стоном демонстрируем любовь. А каждым поцелуем улетаем куда-то в космос, где оба в конце-то концов слетаем с орбит.
Эпилог
Vide – Everything
Тиджей
Шестнадцать лет спустя
– Она что, рожает?! Я не готов. Мне всего сорок четыре года. Слышите?! Я не готов стать дедом!
– Милый, и что ты предлагаешь? Засунуть младенца обратно в ее ва…
Морщусь и закрываю Джессике рот ладонью:
– Дьявол, Джес, не употребляй эти два слова в одном предложении.
Джессика смеется.
– Пап, ты иногда хуже дитя малого, – закатывает глаза наш сын Лео.
Подхожу к нему и указываю на него пальцем:
– Скажи, что не заведешь детей в ближайшие десять лет.
– Какие дети? – сын вскидывает брови. – Мне пятнадцать.
Крепко обнимаю его, постукивая по спине:
– Теперь ты мой любимый ребенок.
Выражение лица моего сына явно отражает сейчас отвращение, и Лео отходит от меня подальше, усевшись рядом с Джереми и беременной Дианой.
Шумно выдыхаю и прислоняюсь затылком к холодной стене позади, прикрыв веки. Внутренности в моем теле сейчас так крутит, что еще немного – и торнадо унесет мои органы в страну Оз. И я даже не шучу. Омерзительное чувство беспомощности разливается в груди. Оно сжимает грудную клетку, заставляя ее гореть. Сердце стучит так громко, будто и в самом деле собирается пойти напролом и послать к черту такого недоумка, как я.
Где-то там, за двойными стеклянными дверьми клиники, вот-вот появится на свет маленький человек. Мой внук. В голове не укладывается, как это возможно. Кажется, что только вчера я держал свою принцессу в розовом пышном платье на руках. И вот ей уже двадцать три.
