Автор
В темном зале отражается дрожь часов трупом, но в эти мгновения перед смертью он забытый мирами: чистит зубы, одевается, открывает газету. Здесь царит другое время, где несерьезные темы и даже завещание кажутся легкими игрушками в сравнении с вечностью.
– Рад вас видеть!
– Послушайте, комиссар, – заворчал Габриэль, – вы могли просто передать мне, что хотите дать какой-то материал для прессы! А то ваш человек арестовал меня на виду у толпы народа… Между прочим, у меня было назначено свидание!
– С кем? С Леоном Жерве?
– Фу! – скривился Габриэль. – Ну и шутки у вас, комиссар! Должен вам сказать, я терпеть не могу убийц…
– Вообще-то его вина юридически не доказана и вряд ли когда-либо будет доказана, мсье Форе.
– С меня хватит и того, что баронесса Корф его изобличила, – заявил Габриэль.
"– А еще она сказала, мсье Форе, что убийца – вы, – медовым голосом ввернул комиссар, пристально наблюдая за собеседником.
– Я? – Габриэль подскочил на месте.
– Да, да. Потому что второй убийца, замешанный в нашем деле, никакой не сумасшедший. Это сын Лили Понс, который решил отомстить за ее гибель. Имя этого сына упоминается в песенке Лили… ну-ка, что нам приходит на память? Правильно, «Габриэль в лесу»… то есть «Gabriel dans la forêt».
Он был так доволен собой, что даже начал напевать:
Закат горел оранжевоНа тучах-кружевах,И тихий лес обманчивоЗастыл…– У вас нет голоса, комиссар, – холодно сказал Габриэль. – И вы безбожно фальшивите. Она пела эту песню куда лучше.
– Надо же, как высоко вы ставите вашу мать…
– Она мне не мать. Вы на ложном пути, комиссар!
– Это вы убили Сезара Гийо и Оноре Парни, а затем Эрнеста Ансельма?
– Никого я не убивал!
– Ладно, – легко согласился комиссар.
– Их имена были сволочь и большая сволочь, – Габриэль дернул щекой. – Им нужна была бесплатная рабочая сила, а не приемный сын. Когда они поняли, что я слишком хлипкий, то отказались от меня и вернули обратно.
– Их имена, месье!
– Не помню.
– Откуда взялось имя Габриэль Форе? Это ведь не простое совпадение, а?
– Вы чертовски проницательны, комиссар. Да, я позаимствовал это имя из песенки Лили.
– Потому что вы узнали, что вы ее сын? Ну же, месье, смелее!
– Ладно, комиссар, если вам хочется знать все, то вот вам правда. В приюте меня били смертным боем…
– Воспитатели?
– А? Нет, они были просто затюканные люди. Били меня мальчики, которые постарше и покрупнее.
