Автор
В темном зале отражается дрожь часов трупом, но в эти мгновения перед смертью он забытый мирами: чистит зубы, одевается, открывает газету. Здесь царит другое время, где несерьезные темы и даже завещание кажутся легкими игрушками в сравнении с вечностью.
– Амалия написала на листке бумаги несколько слов и задумалась. – Скажите, вам ничего не кажется странным?
– Все, – честно ответил Лемье.
– Я имела в виду вот это. – И Амалия передала ему листок.
На нем было написано:
«№ 1 – адвокат.
№ 2 – владелец мюзик-холла.
№ 3 – дворецкий.
№ 4 – его жена».
– Почему он начал с адвоката? – спросила Амалия. – И это еще не все. Если мы правы и это и есть последовательность убийств, отчего преступник вначале так заботится о том, чтобы замаскировать убийства под несчастный случай, а затем начинает действовать напролом?
– Зачем вообще убивать людей, которые находились в каком-то доме в момент самоубийства хозяйки? – возразил инспектор.
– Ну, допустим, некто убил Лили Понс, а кто-то догадался об этом и стал шантажировать преступника. Убийца точно не знает, кто это, и убивает наиболее подходящих кандидатов на роль шантажиста. Это только одна из возможностей, но она нуждается в проверке. Так что без поездки в Турень нам все-таки не обойтись… Скажите, кто ваш начальник?
– Комиссар Оливьери.
– Он не согласится отпустить вас на несколько дней?
– Не думаю. Комиссар – итальянец, – пояснил Анри. – Он с легкостью отпускает меня на два-три дня, чтобы я мог навестить маму в Авиньоне, но ему не понравится, если я стану тратить это время на что-то еще. Кроме того, в последнее время я уже несколько раз навещал маму, и у него могут возникнуть вопросы, если я пожелаю… ну… соврать ему.
Амалия вздохнула.
– Сплошные сложности… Если бы дела не требовали моего присутствия здесь, я бы сама отправилась в Турень.
– Думаете, мы именно там найдем разгадку?
– Даже больше: я в этом уверена.
Анри исподлобья покосился на нее.
– Я вижу, вы что-то надумали? – спросила Амалия.
– Да так, – уклончиво ответил инспектор. – Если речь идет о расследовании, нам требуется человек, на вопросы которого люди не откажутся отвечать. Кроме полицейских, есть только одна категория, чье любопытство не вызовет ненужных подозрений.
– Нет, – решительно сказала Амалия, – это исключено.
– Почему? Если ни вы, ни я не можем покинуть Ниццу… Может быть, стоит посвятить в дело Габриэля Форе? Я разговаривал с ним, он вроде неплохой малый, и к тому же сообразительный. Если он согласится нам помочь…
– Он журналист, – отозвалась Амалия, – и если мы расскажем ему, в чем дело, он понапишет в своей газете такого, что волосы станут дыбом.
