Аквариум. (Новое издание, исправленное и переработанное) — читать онлайн бесплатно полностью

Сейчас по приказу начальника ГРУ он проводит проверку наших дипломатических резидентур. В одни страны он приезжает как член различных делегаций по разоружению, сокращению и прочая, в другие — как член совета ветеранов войны. Но он к разряду ветеранов себя никак не относит, он активный боец тайного фронта. Он инспектирует нас и, голову даю на отсечение, проводит молниеносные и головокружительные тайные операции. Сейчас мы вдвоем с ним в ""каюте"". Он вызывает нас по одному. Разговаривая с нами, он, конечно, контролирует нашего командира, а заодно и помогает ему.

— Между двумя этими категориями летчиков на войне была пропасть. Никакой промежуточной прослойки, никакого среднего класса. Ас, герой, генерал или убитый в одном из первых вылетов младший лейтенант. Среднего не было. Происходило это вот почему. Все летчики получали одинаковую подготовку и приходили в боевые подразделения, имея почти одинаковый уровень. В первом же бою командир разделял их на тех, кто рвется в бой, и тех, кто не очень рвется. Тот, кто нарывался на схватку, кто не уходил в облака от противника, кто не боялся идти в лобовую атаку, тех немедленно ставили ведущими, а остальным приказывали их прикрывать. Часто свирепые бойцы выделялись из общей массы новичков уже в первом воздушном бою. Все командиры звеньев, эскадрилий, полков, дивизий, корпусов и воздушных армий бросали свои силы, чтобы помогать этим забиякам, чтобы их охранять, чтобы их беречь в самых жарких схватках. И чем больше такой боец имел успехов, тем сильнее его охраняли в бою, тем больше ему помогали. Я видел в бою Покрышкина, когда у него на счету было уже более пятидесяти германских самолетов. По личному приказу Сталина в небе его прикрывали две эскадрильи. Он идет на охоту, у него в хвосте ведомый и две эскадрильи следом: одна чуть выше, другая чуть ниже. Сейчас у него на груди три золотые звезды и бриллиантовая на шее, он маршал авиации, но не думай, что все это к нему само пришло. Совсем нет. Просто он в первом бою проявил инициативу, и его стали прикрывать. Он проявлял больше дерзости и умения, и ему все больше помогали и больше им дорожили. А не случись этого, и в самом начале его поставили бы на неблагодарную работу защищать кому-то в бою хвост. Так бы он в хвосте у кого-то и летал младшим лейтенантом. И, по статистике, на пятом вылете его бы сбили, а то и раньше. Статистика, она кому улыбается, а кому рожи корчит."

"— Все это, — продолжает Кучумов, — я говорю к тому, что наша разведывательная работа от воздушных боев почти ничем не отличается. Советская военная разведка готовит тысячи офицеров и бросает их в бой. Жизнь быстро делит их на мастеров и подмастерьев. Одни достигают сияющих высот, другие сгорают в первой же зарубежной командировке.