Лодка издала тревожный грохот. Меня бросило вперед и назад, как на волне. В следующий раз дрожь оказалась не обычной взбрыкунущейся водой — это было что-то большее, что неумолимо двигалось из глубин озера. Черная струя поднялась к поверхности, и лодка накренилась, словно пытаясь удержаться на месте, поднимая воду в пузыри....
Похоже, «Аквилон. Маг воды. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вишневое, яблочное, смородиновое. И наконец, графин с водой.
— Наша фирменная! — объявила она с гордостью, все еще избегая смотреть на Волнова. — Чистейшая!
Вода действительно была хороша. Прозрачная как слеза, с легким минеральным привкусом. Я бы почувствовал малейшее магическое загрязнение, но его не было. Абсолютно чистая вода.
Блины оказались божественными. Конкурировать с ними могли только сырники. Те были румяные, воздушные, политые сметаной и вареньем.
— Хороша вода, — заметил я между блинами.
— Скважина, — ответил Добролюбов с гордостью. — Пробурили пятнадцать лет назад. Сто восемьдесят метров глубиной. Вода из подземного озера, чистейшая.
— Дорогое удовольствие, такая скважина.
— Дорогое. Но оправданное. Я воду не просто продаю. Я за нее репутацией отвечаю. Если на моей бочке написано «чистая», значит, чистая и есть.
Я кивнул, дожевывая сырник, и как бы невзначай спросил:
— Говорят, барон Мергель активно скупает водные скважины в регионе. Конкуренция, наверное, жесткая?"
"Эффект превзошел все ожидания.
Добролюбов застыл с блином на полпути ко рту. Лицо начало наливаться краской. Вилка погнулась в его хватке, как соломинка.
— Этот упырь! — выдохнул он. — Этот кровосос поганый!
Блин шлепнулся обратно в тарелку. Погнутая вилка полетела на стол. Добролюбов вскочил, прошелся по комнате, остановился у окна, глядя на канал.
— Приходил ко мне полгода назад. Вежливый такой, улыбчивый. «Матвей Семеныч, — говорит, — давайте объединим усилия.
Он повернулся к нам. В серых глазах плескалась ярость.
— И знаете, что началось потом? «Случайности». Баржа села на мель на проверенном фарватере. Оказалось, кто-то испортил приборы. Потом рабочие начали увольняться. Мергель переманивал двойной платой.
— Сволочь, — выругался Волнов. — Простите, но другого слова нет.
— Есть, — мрачно сказал Добролюбов. — Но при Глаше их лучше не употреблять.
Он вернулся к столу, сел. Взял новую вилку, но есть не стал, просто вертел в пальцах.
— Теперь жду подлянки. Он так просто не отстанет. У него план заключается в монополизации всей торговли водой в регионе. А моя скважина и баржи представляют последнее серьезное препятствие.
